Акт второй
(Женская линия)
Картина третья
ФОКСТРОТ
— Дети! Родители! Рассаживаемся по своим местам. Костюмы в гардероб повесили? Как — где гардероб? Я же всем при входе показала. Вам стюардесса даже шторку специально открыла. Ты, Одинцов, я вижу, уже в полете. Давай твой кофр, сама повешу. Что, Машенька? Сумку с короной забыла? Где? Девушка, дорогая, ребенок в накопителе сумку оставил. С реквизитом. Спасибо. Простите нас. Ты, Нелюбин, почему не садишься? Что значит «с этими не хочу»? А с какими хочешь? С пилотом в кабине не желаешь? Рядом со мной сидеть будешь! Все. Вопрос закрыт. Усаживайся и ремни пристегнуть не забудь!
— Эмилия Николаевна, а не разрешите ли мне на место этого молодого человека перебраться?
— Да-да, конечно! Огромное спасибо вам, Борис Израилевич. Опять вы нас выручаете!
— Нет-нет, я и вправду у окна не люблю сидеть. Как будто за Богом в его же доме подглядываешь. Ну, это я к слову…
— Иди, Нелюбин, к друзьям своим. Тебе Борис Израилевич место уступил, у окна. А поблагодарить — язык отсохнет? Кстати, где Федор? Я вас спрашиваю, джентльмены! Где Митрюков? Как — в туалете? Он же закрыт. Специально для Митрюкова открыли? Весьма предусмотрительно. Что за слезы, Вера? Какую еще помаду? И что теперь, из-за Диора рейс отменять? Потеряла и потеряла. В скай-шопе купим. Нелюбин, будь добр, шило вытащи из одного места и пиэспи свой убери. Нельзя во время взлета. Еще раз попрошу, все телефоны, плееры, компьютеры выключить. Уважаемые родители, это и к вам относится. Да-да, простите, сажусь. Спасибо вам еще раз, Борис Израилевич. Сашка Нелюбин меня с ума бы свел, пока до Москвы летим.
— Что-то долгонько мы рассаживаемся. Сдается мне, ждем кого-то. Хотите конфетку, Эмилия Николаевна?
— Да. С удовольствием. Боже, это опять Пироговых нет! Вот ведь семейка. Чуть нас с рейса из-за них не сняли. Ваське кто-то из новых друзей подарил зеленый берет на память, с надписью «Иквот а-Барзель». Есть тут такая бригада бронетанковая, может, слышали? Всю дорогу всех доставал, берет этот уморительно так демонстрировал да приговаривал: «И вот оборзел» — и руками разводил. Весь автобус со смеху умирал, а службе охраны в аэропорту надпись не понравилась. Забрали у Васьки берет. Потом у папаши его в багаже сувенирный «узи» отыскали, а мамочка, супермодель наша, грязью с Мертвого моря запаслась. Оказывается, у этой грязи состав почти как взрывчатка. В общем, семейку террористов пока обезвредили, у меня чуть второй инфаркт не случился. А, вот и они — еле сумки из дьюти-фри волокут. Главное, успели! Смотрите, Борис Израилевич, Васька Пирогов сейчас Сашку Нелюбина с вашего места сгонять будет. Он тоже с Одинцовым и Митрюковым в друзьях. Корнеты. Сиди, сиди, Нелюбин. «Поздно приходящим — кости». А ты, Пирогов, возвращайся в лоно семьи. О, сумка нашлась! Огромное спасибо! Маша, вот твоя авоська, растеряша. Минуточку, девушка, я только сумку в полку багажную положу.
— Эмилия Николаевна, голубушка, уже успокойтесь, пожалуйста. Присядьте. Расслабьтесь. Со мной побеседуйте, а то за две недели двух минут для меня не нашлось. Как раз про дела вашего театра и нашего фонда поговорим.
— Да, да. Конечно. Вы уж меня извините, Борис Израилевич. Я очень вашу поддержку ценю. Русский фонд такое важное дело делает! Мы с театром в девяностые только благодаря вам выжили. И сейчас вон какой конкурс помогли организовать. Со всего мира дети собрались. И из Америки приехали, и из Германии. Меня больше всего японцы поразили со своим театром кабуки. Это просто поразительно — какая пластика! Федор, куда? Какой туалет, что у тебя, медвежья болезнь случилась? Зачем ты все финики враз съел? Ты же их в подарок вез. Девушка, простите нас, бога ради. Он быстро.
— Милочка, можно, я вас, как прежде, по имени называть буду? Вы только не волнуйтесь так. Все же на месте. Уже домой летим. Присядьте, дорогая, отдохните, на вас же лица нет.
— Да, пожалуй. Никак расслабляться не научусь. Меня Оленька ругает все время, дочка старшая. Она у нас доктор. Младшая, Маруся, — учитель, в мою породу. Мама всю жизнь в школе проработала. А я чужих детей музыке и танцам учу, а своих не выучила. Даже школу музыкальную не закончили. Вот внучка, Верочка, у меня занимается, с нами летит. Уже знакомы? Да, королевой была. Ну уж, «необыкновенная»… Данные, может, и неплохие, но не для профессионального балета. Нет, как же я все-таки вам благодарна за этот чудесный праздник, просто нет слов!