— Бертран, постой, у меня одна просьба к тебе, совсем небольшая.
— Говори.
— Не мог бы ты быть сегодня максимально жёстким с Верой? То есть настоящим демоном фотографом, которому ничего не нравится. И до перерыва, показывай, что ты разочарован в ней, даже если это будет шедевр.
— Да не проблема. Хотя обычно меня просят быть с новичками помягче. А зачем, если не секрет?
— Скажем, что бы её закалить. И ещё кое для чего.
— Хорошо. Я тебя понял. Ты всё же очень странный человек, Джейсон.
— Да. И я счастливчик. Верно?
— Ещё тот. Ладно, нужно начинать
— Твой выход, маэстро, — сказал я.
— И так, все собрались, по местам, — закричал Бертран своей команде.
— Уи, шеф, — ответили ему, парадируя персонал кухни во французском ресторане.
Ох, ещё даже не полдень, а я уже чувствую себя настолько задолбленным, что хочется послать всё и забраться в постель. И проспать желательно, до второго пришествия. Когда они уже начинают снимать, я падаю на лежащее посередине студии мягкое, розовое кресло, набитое пенопластом, закуриваю и начинаю наблюдать за процессом съёмки.
Вера уже почти готова. Она уже вдохнула дорогой запах Лос-Анджелеса и понемногу входит в тусовку. Её голова занята грёзами об обложках VOGUE, а глазки посматривают на дорогие украшения в витринах магазинов. Ещё совсем немного и я с ней поговорю, о своих настоящих планах на её счёт. Да, точно, нужно будет сделать один звонок. Как уютно в этом кресле, нужно будет приобрести себе такое. Я тушу сигарету в пустую чашку, запрокидываю голову назад и наблюдаю как Бертран и Лиз настраивают Веру на съёмку.
— Да, ты величественна. Ты словно королева. Эти духи дают тебе власть. Будь властной. Ещё! Ещё! Ещё! Нет, это никуда не годиться! Поправьте ей волосы, — выкрикивает Бертран, — да не стой ты истуканом! Начни уже делать что-то! Не так! В какой глуши тебя нашли?
Подняв голову, я вижу Мост Руаяль, а сам я, по всей видимости, стою на берегу Сены. Перед глазами пелена, словно на мне очень тёмные очки. По реке проплывает прогулочный паром, но на нём нет людей. Оглядываясь назад, я вообще не замечаю никого вокруг. Может утро? Я в Париже, наверно мне нужно найти Бертрана, он что-то просил у меня, но я не помню, что именно. А какой у него кстати говоря адрес? Наверно нужно кого-то спросить. Но вокруг не души. Я перемещаюсь целыми кварталами и улицами. Вдалеке, я замечаю человеческий силуэт. Через миг, оказавшись рядом с ним, вижу, что передо мной на коленках сидит маленькая девочка и что-то рисует. Я обращаюсь к ней:
— Ты не знаешь, где живёт Бертран?
— Рядом. Он тебя тоже искал.
— А где он сейчас?
— Там, — говорит девочка и показывает пальцем в ту сторону, откуда я пришёл. Я оборачиваюсь, но никого не вижу.
— Где? Я никого не вижу.
— Он ждал тебя, но потом обиделся и ушёл.
— Почему?
— Ты его подвёл. Он тебе теперь больше не верит, — отвечает девочка, и мелом выводит очередную закорючку на асфальте.
— Но я не мог, я ещё даже не начинал, — я начинаю оправдываться и моментально покрываюсь холодным потом. Я никого никогда не подводил.
— Ты опоздал. Ты ему больше не нравишься. И знаешь, ты вообще никому не нравишься. Тебя все используют.
— Это не новость для меня, малышка. — произношу вслух, а про себя думаю, что это я всех использую
— Джейсон! Джейсон! — разносится сверху голос Бертрана
— Видишь, он не обиделся, он зовёт меня, ха! — говорю я, но не вижу, откуда меня зовёт Бертран.
— Просто он врёт тебе, так же как и все. — Девочка придирчиво рассматривает свои каракули и грустно улыбается. Я тоже обращаю внимание на рисунок и вижу, что она нарисовала виселицу с подвешенным к ней за шею человечком. Под человечком только два слова. “Джейсон Шэдоу”.
— Джейсон! Джейсон милый, проснись! У нас перерыв.
— Что? Какой? Я тебя искал, — бормочу я, и тут до меня доходит, что я просто уснул. Это был всего лишь сон.
— Даже тебе стало так скучно, что ты заснул. — говорит Бертран и помогает мне встать с кресла.
— Нет, просто не спал толком всю ночь. Вы уже закончили?
— Нет, просто перерыв.
— Судя по твоему тону, что-то идёт не так.
— Нет, что ты. Всё в порядке. Просто твоя девочка изо всех сил пытается испортить мне карьеру и запороть заказ. — говорит он нарочито громко, чтобы нас услышала Вера.
— Да, что не так-то? Это же типичная рекламная съёмка. Дай посмотрю кадры.
Мы подходим к компьютеру на столе, куда автоматически скидывались все снимки и я смотрю материал.
— Вроде нормально, остальное дело обработки.
— Джейсон, милый, не забывайся, пожалуйста! Я всё же один из самых востребованных фотографов в городе, а не какой-то придурок с камерой, который может снимать только свадьбы и младенцев. Мне недостаточно “нормально”! Меня это “нормально”, оскорбляет до глубины души. Понимаешь? Мне нужно сделать так, что бы при просмотре этой рекламы в журнале, даже мужчины хотели быть похожими на неё!