Выбрать главу

Юрий Чернецкий

Всё о Нью-Йорке

Введение

Подобно любому великому городу мира, Нью-Йорк – это Город-Загадка. Что выделило его из множества других поселений европейских колонистов в Америке, вознесло на гребень успеха и сделало ярчайшим глобальным символом экономического чуда? Какие особенности географии, истории, духовной атмосферы, культуры, социальной психологии и идеологии обусловили его взлет?

Окончательный ответ на эти вопросы дать невозможно. Да и пределы детерминизма довольно ограниченны: социальное чудо остается чудом и по природе своей имеет (по крайней мере, отчасти) необъяснимое, именно «чудесное» происхождение. Однако поиски ответа сами по себе приносят пользу. Недаром гласит наша старинная мудрость: «На Бога надейся, а сам не плошай». Чтобы действовать в подобном ключе наиболее эффективным образом, надо изучать чужой опыт, знакомиться с тем, как этот универсальный по сути принцип воплощали другие. В том числе стремиться к постижению исторических судеб величайших городов зарубежья – таких как Нью-Йорк.

За почти четыре столетия своего существования Нью-Йорк приобрел многочисленные «прозвания»: Большое Яблоко; Город, Который Никогда Не Спит; Готам; Столица Мира; Имперский Город. Еще одно прозвание, зарифмованное, рискнем дать в собственном переводе, взяв его в кавычки: «Город Прекрасный, Сверхважный: Имя Получал Он Дважды».

Точности ради отметим, что крупнейший город США «получал имя» даже не дважды, а как минимум трижды: с 1625 года это голландское поселение называлось Новым Амстердамом, в 1664-м англичане переименовали его в Нью-Йорк, но ведь в 1673–1674 годах голландцы, ненадолго вернувшие себе город, называли его Новым Ораном! А был еще и итальянский мореплаватель на французской службе Джованни да Верраццано, первым из европейцев в 1524 году посетивший Нью-Йоркский залив: прилегающую местность он наименовал Новым Ангулемом…

Ядро Нью-Йоркского региона («метрополитенского ареала»). Фото со спутника

Последние три из приведенных прозваний весьма красноречиво характеризуют значение Нью-Йорка для Америки, а если учесть роль, которую США играли и продолжают играть на международной арене, – то и для всего мира. Можно, конечно, списать отчетливо проступающий в них пиетет на пресловутое самодовольство янки. Но мы твердо убеждены, что лишь тот имеет право называться культурным человеком, кто освоил нелегкую науку: отдавать должное достижениям других.

Коротко расскажем об особенностях книги. Подход к изложению истории города имеет два существенных отличия по сравнению с большинством подобных источников. Во-первых, оно является достаточно подробным, хотя мы и стремились одновременно делать определенные обобщения. Во-вторых, в нашей версии история Нью-Йорка не сводится почти исключительно к истории Манхаттана (Манхэттена), как это зачастую бывает. Мы осветили основные события, происходившие на территории других нынешних районов города – Бронкса, Бруклина, Куинса и Статен-Айленда, – со времени появления в регионе европейцев и вплоть до Консолидации 1898 года. Лишь с этого момента историю Нью-Йорка можно представлять как единое целое, и то, что происходило в разных его частях на протяжении XX и в начале XXI века, упоминается главным образом при описании достопримечательностей отдельных районов.

Нью-Йорк на карте 1847 года

Весьма нелегко (в силу жестких ограничений по объему) было осуществить отбор знаменитых жителей города для включения в книгу их биографий. Естественно, этот перечень несет на себе отпечаток субъективных предпочтений автора. Но не только: мы руководствовались и концептуальными соображениями. В окончательном варианте представлены, на наш взгляд, преимущественно и «самые нью-йоркские», и наиболее репрезентативные персоналии, люди, прославившиеся в самых разных сферах деятельности. Важнейшие факты биографий многих других знаменитых ньюйоркцев (например, великого писателя Марка Твена; уроженца Бруклина, автора самого читаемого из всех американских романов о Второй мировой войне «Уловка-22» и интереснейшего автобиографического произведения «Сейчас и тогда» Джозефа Хеллера; выдающегося исторического деятеля, пламенного борца против рабовладения Дэниела Д. Томпкинса; блистательной певицы Эллы Фицджералд; замечательного хореографа Олвина Эйли) приводятся в тексте прочих частей книги.

Автор в жизни руководствуется некогда запавшим в душу правилом-девизом: «Говори, что знаешь, делай, что обязан, будь, чему быть!» И, осуществив то, что было в его силах, дерзает вынести свой скромный труд на суд читателей, в чьем дружеском расположении почему-то уверен. А все критические замечания будут приняты с благодарностью и учтены при дальнейшей работе над темой.