Артур сказал, что деньги, которые они потеряли — уже не вернуть. Также, с его слов, мужчина не сильно горюет по этому поводу, он больше хочет, чтобы виновных наказали.
— Вообще странно, что полезли в твое дело. Я думаю, всем прекрасно известно кто твой дядя, — задумчиво сказала я.
— Согласен. По этому поводу уже переговорил с ним.
Оставшиеся десять минут обсуждали куда пойдем после следственного комитета. Было решено посетить пару магазинов, пройтись по главной улице и завернуть в ресторан на обед.
— Я не буду все это носить! — иду шиплю.
— Хорошо, — самодовольно улыбнулся Ар.
— И этими духами пользоваться тоже не буду! — шиплю сильнее.
— Как скажешь, — соглашается мужчина.
Причина моего недовольства — брендовые пакеты, набитые вещами. Как бы я не упиралась, мы в итоге поехали в местный ЦУМ. Артур сказал, что только туфли себе купит. А по итогу провел меня вокруг пальца!
Нет, сначала было все хорошо. Мы заходили то в один, то в другой магазин обуви, ища Ару подходящие тапки. Во всех магазинах мне было неловко, так как вокруг мужчины бегали девушки-красотки, от которых пахло дорогими ароматами, а я каждый раз пыталась незаметно принюхаться к своим подмышкам, ибо парфюма у меня не было, а на улице было душновато. Потом мы зашли в магазин канцелярии, где темноволосый купил ручку за триста лари. Это примерно десять тысяч российских рублей. Никогда не понимала особенность таких ручек, но да ладно.
А вот дальше… Дальше было: «Давай зайдем просто посмотрим?», «Смотри какое платье, примеришь?», «О, смотри какой костюм, посмотрим?». Я отнекивалась, шипела, щипалась и даже пиналась, но ему хоть бы хны! В итоге все, к чему я проявила хоть какой-то интерес, было куплено. А я даже не мерила! А вдруг не подойдет? Но этому человеку было начхать. Про ценники я вообще молчу. Моя годовая зарплата нервно курит в сторонке.
Потом мы зашли в большой магазин косметики, где Артур сделал еще одну пакость. Он сказал, что ему нужно посмотреть что-то конкретное с консультантом, а я могу просто походить. И без задней мысли я спокойно ходила смотрела косметику, парфюмы. Кстати, давно заглядывалась на парфюм Франсиса Кюркджяна линейки Баккара Руж. Они были в сегменте элитных парфюмов и стоили порядка тридцати тысяч за семьдесят миллилитров. Я, конечно, могла позволить себе этот флакончик, но внутренний голос постоянно свербел и буквально орал, что за эти деньги можно целое окно вставить, а ты духи покупаешь. Но любовь к парфюму не угасла, поэтому я немного задержалась возле него и снова послушала аромат. И знаете, что сделал этот невероятный мужчина? Попросил Спартака сфоткать все продукты, которые я вертела в руках или даже пробовала на коже. И я даже не заподозрила телохранителя в такой подставе. Профессионально сработано!
В итоге из магазина косметики мы выходили с увесистым пакетиком, в котором среди тюбиков косметической продукции лежала новенькая коробочка тех самых духов…
Я не умела принимать подарки. Тем более дорогие. И тем более от мужчины. Поэтому всю дорогу дулась. В уме я понимала, что все это ничего не стоит для кошелька гендиректора большой страховой компании, но в тот же момент внутренний голос говорил, что я для мужчины никто, чтобы делать такие подарки. Поэтому и шипела, хотя в душе радовалась как ребенок.
Артур отправил Артака с покупками домой и мы втроем двинулись по главной улице. Мужчины оживленно рассказывали мне про старинные дома, расположившиеся вдоль дороги, их истории и интересные факты. За этими разговорами я немного расслабилась.
В один момент Артур оборвал себя на середине рассказа и уставился вперед. Я проследила за его взглядом. Через сто метров шел смутно знакомый молодой человек. Увидев нас, он резко остановился, словно наткнулся на стену и начал озираться, ища место укрытия. Только он сделал шаг в сторону проулка, как рядом со мной раздалось громогласное:
— Авиль!
Я аж вздрогнула. Парочка прохожих недоуменно обернулись. А потом память мне нарисовала темный клуб, резко включенный свет и не менее громкое «Авиль!». Так это тот зажигательный парень и брат Артура?
Молодой человек понуро опустил голову и пошел к нам навстречу.
В голове снова нарисовалась картинка, но уже с благотворительного вечера. Я вспомнила, что со стороны женщины стоял молодой человек с шаловливой улыбкой. Получается, это Вачинадзе Авиль Маратович.
— Дзамо-о! Акьве диди ханиа! — [Брат! Давно не виделись!] парень весело протянул руку для рукопожатия, но Ар не шелохнулся и только строго посмотрел на брата.