1
Алиша
Всё сияет.
Смотрю на мигающую гирлянду, неаккуратно наброшенную на полу засохший цветок и не чувствую.
Не чувствую праздника.
Не чувствую приближения чего-то хорошего.
Не чувствую ни-че-го.
Один человек когда-то сказал: "Словом можно убить". Понять это можно только тогда, когда тебя самого что-то убьёт. Какое-то, казалось бы, обычное слово.
- Сожалею...
Несколько минут назад дверь в кабинет с табличкой "Реанимация" открылась и я, только взглянув на сочувствие, застывшее на лице медсестры, поняла всё сразу. Это конец.
Есть "до". Есть "после".
И если в "до" всё было хорошо, то в "после" хорошо уже не будет...
Я прямо почувствовала, как сердце на секунду сбилось с ритма, который и так был ударов 140 в минуту, не меньше. Оно будто забыло, как работать, на какое-то мгновение, а я забыла, как жить.
Медсестра с трудом разжала мои ледяные кулаки, впихнула в один стакан с водой, а в другой - какую-то таблетку. Наверное, успокоительное. Но зачем? Я вроде и так спокойна.
- Я бесконечно вам сочувствую! Но главное - не падайте духом! Всё наладится! Вы молодая - всё впереди! Встретите ещë свою любовь, может, сильнее, чем эта!
Какой бред она несёт! Это ненадолго вывело меня из прострации.
- Он мой отец. - сквозь зубы выдавила я, поймав внезапную волну гнева на эту медсестричку.
Она захлопала глазами, будто не поверила мне и торопливо убежала по коридору, мямля жалкие никому не нужные извинения себе под нос.
Дальше из этого же кабинета начали выходить ещё люди в белых халатах и масках, они теперь будут мне сниться. Все смешались в одну сплошную белую массу. Они что-то говорили, смотрели на меня сквозь стекла очков и говорили, говорили, говорили.
"Девушка, вам плохо?"
"Вам надо прилечь, Вы очень бледная"
"Сердце было слабое"
"Он боролся, но, увы..."
"Мы сделали всё, что могли"
"...сделали всё, что могли"
"...сделали всё..."
"...всё..."
Я будто очнулась только что, вокруг - ни души. Оказывается, я уснула на лавочке. Рядом на полу валялся разбитый стакан, тот самый, что мне вручила медсестра.
И вот я сижу одна посреди пустого коридора больницы, такого же пустого, как я сейчас.
Раньше я считала, что худший Новый Год был, когда мне было семь. Именно тогда я узнала, что мой любимый Дед Мороз на самом деле - мой папочка.
Как же я ошибалась.
- Папа... - прозвучал мой безнадёжный шёпот.
Автор приостановил выкладку новых эпизодов