- На Ёлку? - удивилась Медь, - Что, какой-то непредслышанный аврал?
- Пока нет, но лучше заранее, чем поздно.
- Но ведь йа никогда не эт-самое! - развела лапами Медь, - Есть ли смысл?
- Есть, - заверил Суг, - Просто исходя из того, что ты самозверь, и сможешь дать песка там, где не смогут обычные звери.
- Это чисто, - склонила ухо Сама, - Но над эти нужно разбрыльнуть как следует. Сейчас йа занята рядами, но к завтрему думаю успею это сделать.
- Хруродарствуем за уши, - сwыл числоволк, и отключил канал связи.
Медиоктриса подняла к небу взгляд своих чёрных глаз, за несколько секунд получив данные с сетей и ослушивая комбинированную картину: в отличие от грызей и прочих веток, она слышала не только облачка и синеву неба, но и двигающиеся по орбитам корабли, планеты системы и звёздный узор в самой дали. Медь сделала исключительно церемонную мордочку и обратилась к дубу:
- Мы отвечаем: девять хвостиллионов тонн грызячки!
И скатилась в смех ничуть не хуже любого грызя.
Как наблюдали на своих т\э все причастные и просто интересующиеся, самоходная суперпушка типа "крапива" медленно оттаскивалась буксирами от стапелей. Сооружение напоминало по выслуху скорее колос, чем крапиву - очень длинный ускоритель, собственно пушка, имел только три утолщения - главный двигатель сзади и два блока с ещё тремя моторами каждый, поставлявшими энергию и двигавшие самоходку. Всё это погрызище, длиной в шерсть с лишним километров, было способно создавать воистину восхитительные эффекты - правда, восхитительные для тех, кто сидел с казённой части пушки, а не с дульной.
- Отделы контроля зелёный и синий, выплатите внимание запуску двигателей, - цокал в эфире Лурмек, назначеный заведовать крапивиной, - Ходовые испытания - того!
По сети разнёсся звук трясущихся ушей, потому как все поняли, что ходовые испытания - того. Из соплов начали вырастать пока ещё тонкие нитки слабо светящегося зелёным выхлопа, тянувшиеся вдоль всей самоходки. Сооружение поводило стабилизаторами, проверяя их рулевые качества, и т\э чётко показал изменения вектора тяги.
- Послушайте ушами, а палить будут пробовать? - цокнул кто-то.
- Не. Если даже с самой дальней орбиты, на планете у всех уши заложит, а это мимо пуха. Кроме того, эхо будет на десятки световых лет, а нам незачем подсвечивать свою диспозяку для дальних сенсоров кригсов.
- А, тогда чисто.
Самоходка набирала скорость, отходя от орбиты Колонтопа и собираясь мотыльнуться вокруг пузыря, а затем сделать петлю над звездой.
- Какая дурында! - со смешаным чувством ужаса и годования цокнула Лушка, сидевшая прибочно со Скупышем, - Но ведь кригсы могут построить ещё большую?
- Как раз здесь - нет, - фыркнул грызь, - Пока что научники упёрлись в определённый предел дальнобойности, связанный со свойствами пространства и материи. И нет никаких оснований думать, что кригсы решили эту проблему.
- Вслуху? - уточнила грызуниха.
- Вслуху того, что если бы они её решили, то давно уже использовали бы такие орудия, однако они используют только аналогичные нашим, и кстати, недотягивающие по показателям на четверть. А это Ущерб!
- Достигнута Первая Опушненская Скорость! - сообщил Лурмек, вызвав скатывание в рожь и массовое мотание ушей.
Судя по картинке и выведеным числам, это было правдой. Огромная самоходка перешла относительную скорость света, и теперь кабанизировала сквозь пространство не по классической физике. Однако отделы контроля не зря грызли свои орехи и прочие овощи, так как вскоре обнаружили косяки. Стало ясно, что двигательная система крапивы не может давать более сорока процентов ускорения, в то время как на испытания выдвигали показатель в девяносто.
- Грызаный цирк! - фыркнула Нурка, - Этот косяк надолго?
- Не слишком, - ответил Лурмек, - Тут дело в косячных направляющих кольцах движителей.. Инжи на наших Ёлках смогут переделать их в течении максимум двадцати суток. Можем выдвигаться и исправить этот песок по пути.
- Не забывай...
- Что каждая белочка орехи ложит ёлочкой? Не забываю!
- Да. Что у нас ещё испытания на профпригодность, а это будет через семь суток. Если вылезет ещё и косяк с самим орудием, у нас может не хватить времени всё это запиливать.
- С орудием это практически исключено, - цокнул Лурмек, - Всё будет в пух, Нурь.
- Всё-таки йа бы советовала вам сначала прогнать всё на симуле, - добавила грызуниха, - Кло?
- Мм... да, кло.
- В таком случае, - вмешался Грибыш, координатор "Избытка Избытков", - Под дождём, пока крапивники прогонят операцию на симуле, для дальнейших разбрылов.
- В пух, - подтвердил Ещёраз с "Зимнего Льда".
- В пух, - кивнула Нурка.
Получив подобные оперативные данные, Скупыш принял ответственное решение вспушиться, а затем испить чаю. Астриса, также висевшая на линии, зацокнулась о том, чтобы ещё раз перетрясти песок матчасти, но грызь только зевнул.
- Не, сейчас не в пух, лучше пойду помогу белочи пруд копать. Перетрясать песок йа могу и потом, а вот пруд - только сейчас.
- В логику, - согласилась грызуниха, - Йа немного поковыряю, а потом за грибом.
Именно так они и сделали, не разделяя дел с цоканьем. Неудачные ходовые испытания самоходки не грызли Скупыша - как сами по себе, так и вслуху того, что этим занимались инжи, а ему следовало заниматься разведкой. Грызь потирал лапы, думая во множественном числе о специальных разведывательных фрегах, какие теперь были доступны. Нулевую часть кампании против кригсов, в сардакском укрепрайоне, "Зимний Вой" провёл более чем успешно, пользуясь всяким старьём, так что усиление матчасти выселяло пессимизьм. Тем не более, Скупыш запасся фляжкой с горячим чаем, и пошёл за лесополосу, где грызунята рыли пруд.
Неслушая на то, что холодный ветер гнал дождь и мокрые снежинки, у раскопа возились хвостов десять грызунят и ещё столько же мелкой белочи. Зверьки больше чивкали и гонялись друг за другом, но часто спохватывались и начинали снова таскать песок - кто тачками, а кто и просто пакетами, в лапах. Здесь же сидела на хвосте Литисса, учительница местной школы, прислухивая за мелкими.
- О, Скупыш-пуш! - цокнула грызуниха, приподняв хохолок, - Рада видеть, в частности тебя! По какому песку?
- По этому самому, - кивнул на яму грызь, - Лопата есть?
Небольшие... или даже большие, напряжения мышечной массы значительно разгружали голову, а поскольку работа голов была самой нужной работой, то и всякой подобной шелухе придавали не меньшее значение, чем она того заслуживает. Скупыш подметил, что белочь роет пруд как придётся, потому как Литисса и не думала подсказывать, она так прямо и цокала, что мол лучше догадайтесь сами, как оно. Лопатами рыли в основном на возвышении, а непосредственно в котловане уже стояла мутная осенняя вода, и грунт оттуда вынимали, закидывая ведро и вытаскивая верёвкой. Вокруг песчаной ямы с водой постоянно колосилась рожь, и слышался звук трясущихся ушей.
- Отличный песок! - цокнул Скупыш, садясь перегусить после пары кубометров.
- Да, тренирует белочь, - хихикнула грызуниха, - Как мы посчитали, к следующей осени должны выкопать.
- Выкопали пруд и унесли с собой, - покатился в смех грызь.
Поцокавши за жызнь с Литиссой и перекидав несколько кубов песка, Скупыш вернулся в гнездо, подвергся паре тисков со стороны Лушки, после чего вспушился и испил чаю - не того, что в прошлый раз, а свежего, само собой. Усевшись за терминал числовой машины, грызь приступил к прогонке параметров матчасти: "Зимний Вой" стоял у платформы возле луны, так что сигнал доставал с минимальным запозданием - точнее, девяносто процентов запоздания происходили из-за задержек в сетях, а не расстояния, равного одной световой секунде.
В ангаре Ёлки уже существовали два разведфрега типа "Лисица", хотя правильнее было бы цокать "Паралис", так как корабль отличался двойным корпусом, между дольками коего зижделась основная батарея мотор-пушек. За счёт этой интегральности, и использования всей мощности силовой установки для питания оружия, фрег имел высокие показатели вооружённости при столь же высокой маневренности. Эта машина длиной в сорок метров имела все возможности распистонить кригсов фрег десятикратно большего размера, так как тот не обладал ни рациональной формой, ни интегральностью конструкции... что, собственно, заставляло потирать лапы. Скупышу люто надоело прятаться от этих коряг, так что теперь он без зазрения совести расстрелял бы любую, показавшуюся в досягаемости.