– К кебам!
Лондон встретил Говарда ясным голубым весенним небом. Картеру казалось, будто город вычистили специально к его приезду. Пыль и грязь, постоянные спутники Говарда в последние годы, исчезли. И даже запряженные в экипаж лошади, которые в Луксоре и Каире источали зверский запах, здесь распространи приятные ароматы, как на скачках в Эскоте.
– Рич Террэс, 10, пожалуйста! – Картер заплатил носильщику и сел в черный фаэтон.
Извозчик повторил адрес, приветливо кивнул, и экипаж тронулся. После того как они свернули с Букингем-Пэлэс-роуд в Гровенорские сады, извозчик обернулся на козлах и дружелюбно спросил:
– Вы путешествовали, сэр?
Картер кивнул.
– По Египту. Луксор, Каир, Александрия.
– Господи милостивый! – вскрикнул извозчик. – В колониях! В Африке!
– Ну да! – рассмеялся Говард. – Собственно, Египет не британская колония.
– Разве нет? – удивился извозчик. – Но газеты полны сообщений об успехах лорда Китченера. Значит, он командует египетской армией.
– В общем, правильно, – ответил Картер, – но вам все равно не стоит верить всему, что пишут в газетах. Следите-ка лучше за дорогой, мистер.
Целыми и невредимыми они добрались до Рич Террэс. Несмотря на то что это место было расположено в центре Кенсингтона, одного из самых богатых районов Лондона, вид у него был несколько провинциальный. Маленькие узкие двухэтажные домишки громоздились один над другим, что было нередко в городе, к тому же они были похожи друг на друга как две капли воды и их легко можно было спутать. Дом под номером 10, на фасаде которого некогда белая краска от времени превратилась в мутно-серую, не был исключением.
Говард подергал за дверной звонок и после того, как никто не открыл, с силой постучал в дверь. Долгое время ничего не происходило. Наконец на пороге показалась Марта Картер. Говард испугался. Было около полудня, а мать стояла в изношенном домашнем халате. Очевидно, она не нашла времени, чтобы переодеться.
– Ах, это ты, – произнесла она без особых эмоций. «Ах, это ты» – будто она видела Говарда еще вчера.
Говард безуспешно попытался ее обнять, и она равнодушно спросила:
– Ты хорошо доехал, мой мальчик?
– Да, – ответил Говард, – если не принимать во внимание трудности, связанные с четырехдневным плаванием из Александрии в Геную, путешествие на поезде по Франции и переправу из Кале в Дувр. Признаться, я смертельно устал.
К тому же Говард чертовски проголодался: во время тяжелого путешествия он ел только то, что взял с собой в дорогу, и то, что предлагали вокзальные торговцы. Но Марта Картер предложила ему только чашку чая. Говард ожидал, что мать засыплет его вопросами, будет расспрашивать, как он жил в Египте, но этого не произошло. Собственно, он был рад этому, потому что не хотел называть истинной причины своего возвращения на родину.
В доме, порог которого он не переступал вот уже много лет, казалось, все было по-прежнему, но Говарда не покидало ощущение, что здесь теперь живут чужие люди. Картер занес свой чемодан в комнату на верхнем этаже, где прошло детство его старших братьев – Сэмюеля, Вернета и Уильяма, и тут услышал голос матери. Она уже некоторое время готовила чай в кухне, на первом этаже.
Сначала он подумал, что мать хочет поговорить, но потом испугался, когда услышал, как Марта Картер зовет его отца:
– Твой сын приехал, Сэмюель, ты не хочешь спуститься? – И после короткой паузы: – Он вернулся из Египта. Ты должен на него взглянуть.
Говард крепко ухватился за лестничные перила. Он не решался спуститься. Его отец умер три года назад.
– Сэмюель! – снова услышал он мать. – Ты же выпьешь с нами чаю? Тебе, как всегда, с молоком и без сахара? Как у тебя дела сегодня утром, Сэмюель? Наконец-то пришла весна. Ты уже смотрел в окно? На розах «форсайт» уже появились первые почки. Ты обязательно должен их нарисовать, как только тебе станет получше. Слышишь, Сэмюэль?
На некоторое время воцарилась тишина, и Картер отважился спуститься. В оцепенении он заметил, что мать поставила на стол три чашки с чаем. Как теперь Говарду себя вести?
Заметив неуверенный взгляд сына, Марта Картер снова заговорила:
– Твоему отцу сегодня нездоровится. У него больные легкие, но он наверняка еще присоединится к нам.
Говард понимающе кивнул.
– А как Фанни и Кейт, как у них дела? Здоровы ли они?
Мать рассмеялась:
– Ах, эти! Им всегда лучше, чем горожанам. Я была у них в Сваффхеме на Рождество. Твой отец послал меня к ним немного развеяться.