– Возникает вопрос: кто же все-таки стоит за этими темными делишками? Кто скупщик, по заказу которого действуют расхитители гробниц?
Картер огляделся по сторонам.
– Двое из них известны вот уже много лет. Однако подобраться к ним очень тяжело, почти невозможно, потому что свидетели никогда не назовут их имен, чтобы не исчез этот источник дохода. А третьего я тоже знаю.
– Вы их знаете?!
– Каждая собака их знает. Это Мустафа Ага Айят и Ахмед Абд-эр-Рассул.
– Речь идет о консуле Мустафе, который обнаружил первый тайник с мумиями?
– Да, о нем.
– А кто же третий?
– Он новичок в этом деле, но такой же бессовестный, как и остальные. Его имя – Роберт Спинк, англичанин. Он как раз собирается осесть в Луксоре.
Лоре удивленно уставился на Картера.
– Откуда вы все это знаете?
Говард горько усмехнулся и указал на стекло в верхней части двери.
– Я видел их собственными глазами. А что до англичанина, то я знаю его уже много лет. Спинк готов на любые подлости.
Картеру и Лоре потребовалось целых два дня, чтобы разобрать предметы, найденные в садовом домике отеля «Луксор», и под присмотром полиции перевезти их на пароход. Вместе с мумией Аменхотепа II на борт погрузили тринадцать других царских мумий.
Вечером, незадолго до отхода корабля в Каир, Виктор Лоре отвел Картера в сторону и сказал:
– Вы очень способный молодой человек, мистер Картер. Я думаю, вы могли бы быть очень полезны здесь, в Луксоре, для Управления древностями, если получите новое задание.
Говард отмахнулся:
– Ваши отзывы льстят мне, мистер Лоре, но я и так рассматриваю свое теперешнее задание как награду. Я работаю ассистентом у доктора Навилля для Фонда исследования Египта. За это время я многое узнал и научился ценить свою профессию. Спасибо, мистер Лоре.
Француз понимающе закивал.
– Теперь просто послушайте, что я вам хочу сказать. Я предлагаю вам пост инспектора исторических памятников в Верхнем Египте и Нубии. Это значит, что вам предоставляются все полномочия и руководство всеми археологами в этой местности. Кстати, Навилль тоже будет подчинен вам.
Картер думал, что все это ему снится. Ему потребовалось несколько секунд, чтобы осознать смысл слов Лоре. Наконец Говард нерешительно произнес:
– Я?… Но почему именно я?
– Потому что я считаю, что вы, и только вы, подходите для этой должности. Я предложу вам, скажем, пятьсот фунтов в год. Ну как?
Говард чуть не поперхнулся. Жалованье было в десять раз больше того, что он получал, когда только приехал в Египет. Зазвенела корабельная рында – сигнал к отправлению.
– Ну как? – повторил Лоре и протянул руку Говарду. – Я не понимаю, почему вы колеблетесь. Нет никаких разумных причин, чтобы отказаться от моего предложения.
«Не слишком ли ты молод для такого задания? – пронеслось в голове у Картера. – Сможешь ли ты вообще быть справедливым?» Но тут Говард услышал внутренний голос: «Берись за это! Или ты вечно собираешься бежать от принятия важных Решений?»
С мостика закричали:
– Мистер Лоре, мы уже отчаливаем!
Француз все еще стоял перед Картером с протянутой рукой.
– Договорились! – ответил Говард и пожал ее. – Надеюсь, вы не разочаруетесь во мне.
Лope похлопал Картера по плечу.
– Другого ответа я от вас не ожидал. Я дам о себе знать, как только прибуду в Каир.
Газеты всего мира пестрели заголовками о скандальном обнаружении тайника с мумиями в Долине царей и о находке Картера в садовом домике отеля «Луксор». Эти новости публиковали в своих передовицах прежде всего американские газеты. Целые пассажирские суда с любопытными из Нового Света прибывали в Александрию и расспрашивали о Картере и его царских сокровищах. Но когда им сообщали, что эти события разворачивались в семистах километрах южнее, быстро наступало разочарование. В гостиницах Луксора не было ни одного свободного номера. На поиски сокровищ в Долину царей отправлялись толпы людей, вооруженных лопатами и грохотами для песка. Покоя в долине не было даже ночью. Авантюристы бродили по дюнам с фонарями, как стаи майских жуков.
Картер поселился в маленьком одиноком домике между деревнями Дра-абу-эль-Нага и эль-Тариф. Как самого главного смотрителя по обе стороны Нила, его уважали и почитали, но в то же время не любили, даже презирали. Тот же Навилль теперь не разговаривал с ним, потому что археологу пришлось срочно искать замену своему ассистенту. Лондонский Фонд исследования Египта сообщил, что Картер теперь никогда больше не получит у них должности.