– Вторую заварку? – вывел Володина из воспоминаний бархатистый антикварный голос робота.
– Да, давай! Сегодня – гуляем!
Володин еще не решил, что значит – гуляем. Он надеялся на фантазию и энциклопедические знания московских злачных заведений своего друга и напарника – Витьки Филимонова. Последний сейчас пребывал на пяток этажей ниже, в глубоком подвале, где располагался крупнейший стационарный узел большой сети – именно его наличием в этом здании и был продиктован выбор места нахождения их отдела. Узел был защищен, изолирован, законспирирован и тщательно замаскирован – пока Сашка не выберется наружу, никакая связь с ним невозможна. Вот и сидел Володин в скучной конторе, вынужденно дожидаясь друга.
Раскрутили всю эту историю с торгашом и техником вовсе не оперативники, хотя последние и клялись достать исчезнувшего даже со дна морского, а именно он – скромный старший лейтенант, обожавший решать ребусы и загадки. Нисколько не сомневаясь в компетенции своих коллег, он не стал тратить время на прочесывание отраженной реальности вокруг места исчезновения, а сразу же зачерпнул пошире, стараясь, чтобы в копию отражения попали и данные соседних крупных узлов. Это было настоящее море информации, и только неограниченный – ну, почти неограниченный – ресурс, доверенный секретному подразделению, позволил все это сохранить и переработать. Аккуратно сшивая сегменты застывшего прошлого, Володин и вышел на временной шов, безошибочно указавший на районный вычислительный центр, где этот мелкий глюк, так вовремя и удачно для исчезнувшего торгаша, случился. Ну а дальше – дело техники. Надо признать, что и опера не подкачали – получив в свои зубы ниточку, они раскрутили все клубочки прошлого до самых кончиков, обнаружив довольного и упитанного пропащего в крохотной приморской деревеньке на Дальнем Востоке. Последний, как выяснилось, умудрился обзавестись новым паспортом – модулем распознавания, но эта история уже не интересовала Володина. Его миссия закончилась в тот же день, когда он указал на узел сети, виновный в глюке.
Вторая чашка одарила его более взрослым, зрелым ароматом с небольшой горечью.
– Алиса? – позвал он робота, но вместо немного надоевшего голоса, от которого до сих пор сходил с ума Филимонов, отозвался один из интерфейсов.
Володин обернулся. Со стены на него хмуро взирало начальство – подполковник полиции Антон Федорович Жвания. Именно так: Антон Федорович и Жвания.
– Здравия желаю! – откликнулся старший лейтенант, с подобравшимся сердцем. Не похоже, что Жвало – подпольное погоняло начальника – решил поздравить подчиненного с закрытым делом.
– Прохлаждаешься, – утвердительно объявило изображение.
Володин обиженно промолчал. Жвало каким-то неуловимым образом подергал всем лицом, не задерживаясь ни на каком выражении, – при этом его глаза двумя серыми буравчиками, неотступно и не моргая, следили за старшим лейтенантом.
Наконец, вероятно насладившись растерянностью подчиненного, лицо задвигалось, выплевывая из-под пушистых седых усов слова:
– Дело по Илье Злобину у тебя?
Володин растерялся:
– У меня много дел. Надо посмотреть, товарищ подполковник.
– Не надо. Я уже посмотрел, старший лейтенант. Проверь вводные. Кажется, он объявился.