— Мое представление о блаженстве, — сообщил ей Берни утомленно, — это хороший, ровный, недраматический баланс, хотя бы ради разнообразия. Вы знаете, нечто такое, что не напоминало бы сумасшедший тест у психоаналитика. У меня бы значительно понизилось давление, а это довело бы меня просто до состояния экстаза.
— Я как раз его достигла, — пробормотала мрачно Дороти-Энн.
— Но есть и еще кое-что, что сделает меня счастливее. Хотите узнать, что?
— Если говорить честно, Берни, то нет. Впрочем, я могу догадаться. Но именно сейчас мне бы очень не хотелось, чтобы вы на меня наседали.
— Что ж, как ваш ревизор и ваш друг, я бы проявил небрежность, если бы не стал повторять одно и то же. Должен же кто-то заставить вас бросить эту черную дыру, всасывающую деньги, из которой вы звоните. Если вы обратите внимание на этот совет, я умру и отправлюсь на небеса.
— Берни, Берни! — прервала его Дороти-Энн, пытаясь не дать ему и дальше разочаровывать ее. — Сколько раз я должна вам повторять? Иден Айл — это будущее.
— Неверно, — прокаркал он. — Иден Айл станет вашим прошлым. Вашим собственным Ватерлоо.
— А что такого плохого в Ватерлоо? — мрачно поинтересовалась Дороти-Энн. — Да, это стало концом для Наполеона. Но вы должны признать, Берни, что это же сражение стало триумфом Веллингтона. Понимаете? Все зависит от того, с какой точки зрения на это посмотреть.
Но Берни не удалось поймать на эту удочку.
— Рассуждения милые, но не совсем верные. До настоящего времени вам удавалось держаться на самом краешке. Но поверьте мне. Если вы не сократите расходы, вы можете не пережить следующей катастрофы. А с другой стороны, без этого белого слона, со строительством которого вы так завязли, вы сможете — я сказал, сможете — пережить грядущие тяжелые времена.
Дороти-Энн поняла, что дальше спорить бесполезно.
— Ладно, — сказала она. — Вы высказали свое мнение. Ваш совет принят к сведению. Я все обдумаю.
— Хорошо, но я не буду молчать, — проворчал напоследок Эпплдорф.
Теперь, вспоминая этот разговор, Дороти-Энн приходилось признать, что по многим позициям совет Берни пришелся кстати. Но ведь бухгалтеры не обладают даром ясновидения.
Она оглядела телефоны на рабочем столе и прочитала наклейки под кнопкой автоматического набора номеров. Женщина заметила, что первые четыре принадлежали ей — ее городской дом, офис в Уайт-Плэйнс, телефон в машине и ферма. И тут она увидела, что в левом ряду под номером пять было написано «Экерман».
Не тратя больше времени даром, Дороти-Энн сняла трубку и нажала кнопку.
Дороти-Энн представила Курта и Ханта друг другу, взмахом руки пригласила мужчин садиться в пластиковые стулья перед ее столом и сразу же перешла к делу.
— Курт, мистер Уинслоу — это старый друг нашей семьи, — сказала она, слегка погрешив против правды. — При нем вы можете говорить свободно.
Экерман кивнул, принимая эту небольшую натяжку. На этот раз он надел майку цвета банок с кока-колой под гавайскую рубашку с длинным рукавом с изображением гавайских девушек, танцующих хулу, и белые шорты. Их рисунок напоминал беспорядочные мазки краски. На ногах красовались лимонного цвета теннисные туфли, а на носу солнечные очки в розовой оправе.
— Теперь о вашей отставке, — бодро заговорила Дороти-Энн. — Вчера мне показалось, что на меня сбросили бомбу.
Курт от неловкости заерзал на своем стуле. Он выглядел смущенным и закусил нижнюю губу.
— Я не хотел оскорбить вас, — честно признался он. — В этом нет ничего личного.
Дороти-Энн кивнула и улыбнулась, чтобы показать, что не испытывает к нему неприязни.
— Я это понимаю. — Она сложила руки на папке с бумагами. — Я также с пониманием отношусь к вашему стремлению к новым вершинам. Если кто и может это понять, то именно я. Я точно такая же.
Курт кивнул.
— Поэтому я не стану пытаться отговорить вас. Я понимаю, что все мои старания окажутся напрасными. Свободный ум не привяжешь к одному месту. Но это вовсе не означает, что я хочу вашего ухода, Курт. Я этого не хочу.
— Я ценю это, — напряженно отозвался тот.
— Мне кажется, не следует упоминать о том, что ваш уход пришелся на довольно… гм, скажем так, не очень ко времени?
— Я это понимаю…
Дороти-Энн подняла руку, призывая его к молчанию.
— Не стоит беспокоиться об этом. Возможно, удачного времени для того, чтобы расстаться с вами, просто не существует. Но прежде чем вы уйдете, я хочу попросить вас помочь мне.
— Разумеется. — Курту, явно, очень хотелось угодить. — Только скажите мне, чего вы хотите.