Она ездила к Валентину в поселок Южный. Интересно, что сейчас располагается в комплексе зданий сталинской эпохи? По-прежнему какой-то военный интернат?
Валентина Петровна взяла смартфон, вписала в строку поиска словосочетание поселок Южный и выяснила, что на территории России поселков с таким названием около пятидесяти. Пришлось добавить слова «военный интернат». Смартфон вывалил ей кучу разрозненной информации, а после добавления аббревиатуры СССР выкатил статью, от которой у Валентины Петровны глаза на лоб вылезли — попахивало вырезками из коллекции супруга.
По уверениям автора статьи, секретную лабораторию в поселке Южном, служившую фабрикой изготовления советских суперсолдатов, разбомбили в начале девяностых, после того как руководство не захотело принимать нужную внутриполитическую позицию. Разбомбили, потом залили бетоном, чтобы суперсолдаты не ожили и не выбрались из подвалов. А сейчас, через двадцать лет после случившегося, река начала размывать старое кладбище при лаборатории и выносила на берег титановые скелеты и черепа, утыканные золотыми иголками. В качестве иллюстрации к статье прилагалось черно-белое фото железки с номером и клеймом «серп и молот», а так же иголка с полустертыми цифрами. В комментариях автора называли лжецом, напоминали ему о землетрясении, разрушившем здания военного комплекса, и прилепляли к титановой кости ярлык «фальсификат».
Валентина Петровна сделала несколько скринов — она не любила сохранять ссылки, да и скорость мобильного интернета не всегда позволяла что-то быстро загрузить — решила перечитать статью на свежую голову и отогнала мимолетное желание съездить в Южный и попытаться что-то выяснить на развалинах. Денег после похорон у нее не было, и когда получится накопить на поездку — неизвестно.
— Необязательно ехать в Южный, — сказала она себе. — Можно навестить тот институт прогнозирования, в который Валентина переводили в семьдесят втором. Узнать, что там сейчас. Я давным-давно не выбиралась из нашего микрорайона. Поездка на троллейбусе мне по карману. Стаканчик кофе и пирожок купить смогу. Прогуляюсь по знакомым улицам. Декабрь теплый. Эх… климат изменился. Не то, что раньше.
Она прикрыла глаза, вспоминая сугробы, скользкие дорожки — к зеркально-фурнитурному комбинату приходилось спускаться по крутой горке, лестницы обмерзали, работники падали, ломали ноги, и так из года в год. Память подкинула пролетевшую прямо перед носом сосульку. Просвистела мимо лица, грохнулась на ступеньки перед проходной, укатилась вниз, на дорогу — она тогда присела на корточки, закрыла голову руками и чувствительно получила осколками по шапке. Ни царапины, только испугалась. Все хором повторяли, что ей повезло. Днем солнце припекало, сосульки наросли угрожающие, хозчасть обещала сбить, но поленилась.
«Это было… да, в том самом семьдесят втором. Когда я предвкушала встречу Нового года с братом и Сашей, а они пропали и больше не появились. Все тогда говорили — это твой второй день рождения. В декабре, а какого числа? Не помню».
Глава 2. Александр. Будущее под вопросом
Дежурный на КПП отозвал его в сторону, прежде чем открыть ворота. Кивнул в сторону закутка со стулом:
— Телефон. Возьмите трубку. С вами хочет поговорить полковник Буравчик.
Александра это не удивило — куда больше его удивило, что Буравчик сказал Валентину: «Поговорю со Щукиным потом». Смерть Валентины — он все еще не верил, что это правда — была не просто внезапным горем. Это была чрезвычайная ситуация. Валентин потерял якорь, привязывающий его к реальности. Нить связи, побуждающую превозмогать трудности и возвращаться с любых заданий. Осознание факта, что его ничего не держит ни в стране, ни в военной части, могло побудить Валентина совершить преступление. Он мог отомстит тем, кого сочтет виновными в смерти сестры — а это мог быть кто угодно, от высшего партийного руководства страны до коллектива зеркально-фурнитурного комбината — мог удариться в бега, переплыть или перейти границу. В зависимости от выбранного маршрута. Александр и сам уже обдумывал план, и был уверен, что сможет стереть с лица земли и злополучный ЗФК, и тех, кто допустил падение сосульки на ступеньки возле проходной.