- Так я же не просто так сказала, что боевой маг, - пожала она плечами, чтобы окончательно закрыть вопрос.
- Тогда, совсем хорошо! Курс в шеренгу!
2.3
Новгородский Атенеум - одно из самых известных в Европе магических учебных заведений. Не самое древнее, - Флорентийский Академиум старше Атенеума на целых триста лет, - и не самое большое, если сравнивать, скажем, с Парижским университетом или Лондонской Высшей Школой Магии. Однако, Атенеум не занимается производством ширпотреба. Все его выпускники, даже самые слабые из них – штучный товар. И этому есть причины. Во-первых, туда не принимают магов, имеющих аттестацию ниже 3-го класса. Во-вторых, обучение в Атенеуме платное и отнюдь не символическое. Другое дело, что за неимущих платят спонсоры или государство. Все заинтересованы в том, чтобы рекрутировать сильных, хорошо подготовленных магов. Производным от уровня оплаты является кадровый состав. Профессора, инструкторы и лекторы имеют очень высокий оклад, но зато и подбирают их, что называется, с пинцетом, и если человек не способен достаточно долго удерживать свой профессиональный уровень, то с таким преподавателем весьма скоро расстаются. В стенах Атенеума нет места для жалости и сантиментов, идет ли речь о студентах или о профессорах. Спрос одинаков со всех, и если кто-то, - студент или профессор, - не способен соответствовать требованиям, то и того, и другого выгоняют без жалости. И, разумеется, учеба в Атенеуме не похожа на обучение в других магических и немагических высших учебных заведениях. Это не школярство парижан или гейдельбергцев, это не способ продлить юность, имея привилегии взрослого человека, - как это происходит зачастую с обыкновенными студиозусами, - а именно упорная учеба. Поэтому учащиеся находятся в Атенеуме на казарменном положении, как курсанты военного училища. Есть, разумеется, нечастые увольнения в город, есть и каникулы, но все остальное время студент проводит в стенах Альма-матер. Маргот это не пугало, тем более что студентам предоставлялся довольно высокий уровень комфорта, а это уже совсем немало.
Сам Атенеум внешним видом и устройством напоминал монастырь. Собственно, его и строили когда-то, как Никольский монастырь, но уже в ходе строительства Дума и Княжеский Двор приняли решение вместо монастыря учредить Академию магии. Церковь была не против. В государстве, где половина населения язычники, значительная часть которых как раз великие господа да бояре, с Думой не поспоришь, в особенности, если об этом просит сам князь. Так что Никольский монастырь был, в конце концов, построен за городской стеной, а вместо него возник Атенеум. Место было просто великолепное: в Неревском конце Софийской стороны между улицей Великой и городской стеной. Большая территория, хорошее расположение, каменные строения – отличное решение для магической академии. Конечно, кое-что пришлось перестроить и достроить, провести перепланировку и разбить парк, но в результате появился свой собственный гардарикский университет для подготовки магов и национальный центр научных исследований в области магии и ведовства. Название, впрочем, переняли у византийцев, чтобы не копировать папистские университеты и академии, так и возник Атенеум. Понятное дело, что за триста лет парк разросся, а большинство зданий было капитально перестроено, но все это внутри аутентичных стен, возведенных еще в конце XVII века.
Маргот здесь сразу понравилось. С одной стороны, это было современное учебное заведение, - а она многое знала об университетах и академиях, в которых пришлось учиться и работать ее донору, - а, с другой стороны, эти стены буквально дышали историей, напоминая ей о ее собственном навсегда потерянном времени.
«Надо привыкать и отвыкать! - решительно остановила она поток своих отнюдь не радостных мыслей. – Привыкать жить здесь и сейчас и отвыкать вспоминать былое. Тем более, о нем жалеть».
Не то, чтобы ей хотелось вернуться в тот день и час, когда она приняла свой последний бой. Там она умерла, - в этом у Маргот не было сомнений, - а здесь она жива, и это прекрасно. Но правда в том, что как бы хорошо она ни ориентировалась теперь в этом времени, ее настоящее прошлое осталось в XVI веке. Там остались ее отец и братья, мать и две тетки, три дочери фрайхерра Йорне - Сигрид, Катарина и Эбба, прозванные Ванадис, Фригг и Хель[7], и «повелительницей Хельхейма» была, разумеется, мать Маргот - черная вёльва Эбба Йерне.
«Да, не может быть!»
Если бы Маргот не была так хороша в боевых искусствах, она бы сейчас сбилась с шага и не только. Любая другая девушка и большинство парней не смогли бы скрыть своего удивления, переходящего в шок. Она тоже была ошеломлена, но удержала эмоции в узде, хотя, видят боги, сделать это было совсем непросто. Они проходили мимо чего-то, что можно было бы назвать мемориальной стеной или кенотафом[8]. И там, среди других портретов сильнейших боевых магов, погибших «славной смертью», были два барельефа, изображавших в профиль двух женщин, смотревших друг на друга. Дроттнинг[9] Эбба Йерне, вошедшая в историю, как Хервёр[10] из Санди Борга[11], и Маргарет Дёглинг Кровавая Секира.