Вот и этим утром, - а дело было за пару дней до Нового Года, - хорошо потренировавшись, приведя себя в порядок и плотно позавтракав, Маргот покинула Валадарово Палаццо и пешком отправилась в Гостиный Двор в Ярославовом Дворище. Без особой цели, вернее, с целью присмотреться к товарам и торговцам, чтобы решить, что и у кого покупать или заказывать. И торговые ряды не обманули ее ожиданий. Товаров было много, услуг предлагалось еще больше. Оружейные лавки буквально ломились от предлагаемого к продаже разнообразного клинкового оружия, всевозможных луков, - от длинных английских до китайских составных, - арбалетов и самострелов всех видов и размеров. Огнестрел, однако, продавался отдельно, что было, наверное, правильно, потому что винтовками и пистолетами в аномальных зонах не повоюешь, но зато во всех прочих локациях планеты рулит именно разнообразная стрелковка, чему сама Маргот стала свидетелем буквально несколько дней назад.
В общем, прогулка удалась. Погода для северо-запада Гардарики была хорошая. Легкий мороз, яркое солнце, безветрие, и многоголосый «ярморочный» шум увлеченной делом толпы. В такой милой обстановке Маргот слонялась по торговым рядам целых три часа. Приценивалась, примеривалась, любовалась и даже немного торговалась, купив себе по случаю пару отличных ножей, - складень и нож разведчика, - и великолепный современный уолбат[3] с композитной рукоятью и небольшим, но чрезвычайно острым лезвием из высокоуглеродистой стали с легирующими добавками. Топорик ей сразу понравился, а когда взяла в руки и пару раз метнула в некоем подобии тира при оружейной лавке, просто в него влюбилась. Компактный и в меру легкий, ухватистый, броский и сбалансирован лучшим образом. Короче говоря, то, что доктор прописал.
А на следующий день Маргот увела у деда один из его внедорожников и отправилась в Швецию. Прав у нее, разумеется, не было, но машину она водить, - спасибо донору, - умела. Дорожная же полиция гербовый автомобиль тормозить не решалась, да и не за что было, поскольку Маргот вела внедорожник уверенно и строго по правилам. Да, и на границе никто не приставал. Безвизовый режим, даже паспорта не проверяют. И, слава богу, что так. Паспорта-то у нее тоже не было. Один студенческий билет, и все. Однако же доехала до руин своего замка без происшествий. Оставила машину на большой парковке, перекусила в ближайшем кафе и поздним вечером проникла в свои подземные хоромы.
Молодцы ниссе привели их в божеский вид, но это место обживать было уже незачем. Это она им и объяснила, пригласив переселиться в Просковьин Двор в Новгороде, который для них так и остался Хольмгардом[4]. Однако Барди вспомнил, что в Гардарики никогда не было большой колонии ниссе, но зато там живут местные домовые духи, которые могут и не согласиться на переселение.
- Не бойся, Барди, - улыбнулась Маргот древнему домовику. – Я с ними договорилась. Там в округе домовые духи живут только в нескольких подворьях. Я их всех приманила на мед и молоко и договорилась, чтобы вас приняли в свой круг.
На самом деле, ритуал «приманивания» и «уговоров» - дело непростое и не быстрое. И угощение в нем играет отнюдь не первостепенную роль. Куда важнее правильные слова и жертва. Мед и молоко-то были смешаны с ее кровью и с кровью ее деда, так что по нынешним временам это был довольно-таки темный ритуал. Но, к счастью, Маргот никому отчетом обязана не была, а шпионить за внучкой Самого не решилась бы даже святая инквизиция, имей она силу в Гардарики, но и она была бессильна перед кем-нибудь вроде адмирала Борецкого. Неделю длилось ее волхование, но в результате духи все-таки пришли и согласились принять новичков, тем более что языкового барьера в их случае не существовало. Хельмгардские духи издавна знали древнескандинавский и старошведский языки, а ниссе Швеции в большинстве своем знали и древнеславянский, и древнерусский языки. Так что, дело, считай, было сделано, и сейчас им, - ей и ее ниссе, - предстояло новое долгое путешествие. Она поведет машину, а духи потянутся за ней и так доберутся до своего нового дома. Сейчас ей оставалось лишь выбрать, что именно понесут ее ниссе в Просковьин Двор. Объем и масса вещей, которые может захватить с собой в долгую дорогу домовый дух, был Маргот известен. В нынешних мерах речь шла всего о кубическом метре и ста килограммах на каждого. То есть, золота и разных вещей они смогут перетащить достаточно много, но отнюдь не все, что находится в сокровищнице и оружейной. Так что Маргот предстояло все это имущество просмотреть, отобрать нужное и сложить в три больших сундука. Кое-что, правда, она могла положить прямо в машину. Свой легкий доспех, секиру и пару-другую кинжалов и мечей вполне можно было упаковать в несколько меховых шуб и одеял и загрузить в багажник и на заднее сидение машины. Туда же можно будет сложить хотя бы несколько картин старых мастеров, пару небольших гобеленов и шкуру огромного медведя, которую ей подарили охотники отца на ее одиннадцатый день рождения. Зверь был редким даже для тех былинных времен. Теперь, насколько она знала, таких уже не осталось.