Если честно, Маргот было без разницы в каком роде войск она будет числиться. Да хоть в авиации! Боевой маг – может быть хоть мичманом, хоть подпоручиком, и всей разницы, что у флотских парадная форма красивее.
- Я не возражаю, - улыбнулась она деду. – Вопрос один, возьмут ли мичмана в спецгруппу?
- Возьмут, - успокоил ее Михаил Федорович. – Там и сейчас служит несколько ребят из морской пехоты.
- Тогда, возражений нет, - пожала плечами Маргот. – Я закурю?
- Кури, коли хочется, - не стал адмирал строить из себя ответственного взрослого. – Могу и рюмочку налить.
- Благодарствую, - усмехнулась она в ответ, - но давай как-нибудь без алкоголя. Или ты собираешься предложить мне разговор, который без пол-литра не вытянуть?
- Не то, чтобы именно так, но есть пара неприятных вопросов.
- Есть вопросы, спрашивай!
Маргот не смутилась и не стала задаваться вопросом, о чем пойдет речь? Мало ли щепетильных тем. В любом случае, начал, значит закончит, и тогда все по любому откроется.
- Какие отношения тебя связывают с Лизой Вельяминовой? – каким-то не слишком уверенным голосом задал вопрос адмирал.
- Ах, ты об этом! – воскликнула она с облегчением. – Успокойся, дед, я не лесба.
- Ну, извини тогда.
- Да, не за что извиняться.
Маргот понимала Михаила Федоровича. Он за Род свой беспокоится. Вернее, за его продолжение.
- Хочешь, чтобы я кого-нибудь родила? – спросила прямо.
- Да, надо бы, наверное, - тяжело вздохнул он. – Но я тебя принуждать выходить замуж не стану.
- И правильно, - ухмыльнулась Маргот. – Меня принудить, легче просто самоубиться, но я тебя понимаю, дед. Скажи, каков статус твоего здоровья. Есть серьезные проблемы? Плохой прогноз?
- Да, нет, - нахмурился адмирал. – Врать не стану. Здоров. Лет десять, как минимум, продержусь. Может быть, и больше, но это уж как карта ляжет.
- Тогда, сделаем так, - предложила Маргот. – Я слышала, можно зачать в пробирке. Кажется, это называется ЭКО[12] или как-то так. Для этого, вроде бы, необходима только яйцеклетка, но это не точно. Сам понимаешь, в мое время такого не было. А про сейчас я просто не знаю. Не интересовалась.
К его чести, Борецкий никогда не спрашивал ее о том, откуда «дровишки». Но не дурак, наверняка сопоставил ее обширные знания в весьма специфических областях со смертью женщины-историка искусства в городе, расположенном рядом с ее замком. Тут даже разведку привлекать не надо. Достаточно поискать в сети. Но знал или нет, адмирал ее ни в чем не обвинял и ни о чем не спрашивал.
- Хорошо, - кивнул он. – Я узнаю.
— Вот и славно, - усмехнулась Маргот и, достав сигарету и зажигалку, закурила, не прибегая к магии. – Это все или есть что-нибудь еще?
- Есть кое-что, что тебе стоит знать.
- Слушаю тебя внимательно, - чуть прищурилась Маргот, выдохнув дым первой затяжки.
- Что ж… - Похоже, Михаил Федорович не знал с чего начать, но привычка доводить дело до конца взяла свое. – Ко мне обратился один человек… Скажем так, некто, имеющий то же положение в обществе Швеции, какое имею я в Гардарики. Дело в том, что неожиданно скончался близкий друг короля Висбура граф Арвид Бернхард Горн[13]. Умер плохо. Причина – древнее проклятие, какими сейчас уже никто не владеет, но которые, определенно, использовались, как минимум, до XIII века. Впрочем, и это главное, существует некий непроверенный слух, что последней, кто умел проводить этот темный ритуал, была вёльва Рагнхильда дочь Сигурда Оленя из рода Хорфагеров, приходящаяся тебе прабабкой.
- То есть, шведы знают про меня? – уточнила Маргот.
- Вычислили, - согласился с ней старый адмирал. – Так вот, меня просили сообщить тебе, что это была частная инициатива самого графа, и шведская корона не имеет к тебе никаких претензий. Напротив, тебя включили в реестр шведского дворянства под именем графини Маргарет Эббы Йерне и просили передать тебе это.
«Этим» оказалась кожаная папка с ее документами на имя Маргарет Йерне, графским патентом и дарственной на небольшую усадьбу близ города Вестервик в лене Кальмар[14].
«Оперативно подсуетились! – признала она. – И это хорошо. Считайте, господа, что прогиб засчитан!»
- Спасибо, дед! – улыбнулась она. – Дурни! Они что, думали, мне нужна шведская корона? Ничему люди не учатся… Но ведь это не все?
Она угадывала, как минимум, еще один «тезис», который все еще не был озвучен ее дедом.
- Не все, - согласился он, и вытащив из кармана черную бархатную коробочку, в каких обычно продают драгоценности, положил ее перед Маргот.