Последние являются потомками жителей древнего Галицко-Волынского княжества, окончательно павшего в самом конце четырнадцатого столетия, и, несмотря на века существования под польской и литовской, а затем и австрийской властью, русины сохранили самоидентичность, веру, традиции, культуру… Когда русские войска императора Николая I шли через Карпаты подавлять венгерское восстание, русины неожиданно для себя открыли, что их внешность, язык и культура наиболее близка к русским, что и стало причиной всплеска национального самосознания. И в то же время результатом его стали гонения австрийских властей – вначале административные, то есть закрытие русинских газет, введение в школах только украинского письма, передача руководящих должностей в культурной, научной, общественной сферах украинцам. Каким таким украинцам? А униатам, проживающим в Карпатах под властью австрийских Габсбургов века так с восемнадцатого, до того бывших под давящей польской пятой с шестнадцатого столетия и на этих самых владык ориентирующихся. Причем официально они стали украинцами только в 1890 году, когда на сейме в Галиции местные депутаты заявили, что ничего общего с русскими не имеют, а являются украинцами… Подобные украинофильские идеи были выгодны, прежде всего, австрийской администрации, ибо они противопоставляли их русофильским идеям русин, ориентирующихся на царскую Россию.
Но если до 1914 года давление на русинов было по большей части административным, то после перешло уже в открытые гонения, включая расстрелы, выдачу на расправу местным украинским «националистам», которых называли мазепинцами, ссылки в первые в Европе концлагеря – Талергоф и Терезин… Местные русины поддерживали нас и очень боялись австрийского наступления.
А что же им делать теперь, когда оно началось?!
Глава 18
Ладно, что там о селянах переживать, если немцы – вон они, всего в трехстах шагах от линии перепаханных снарядами и полузасыпанных траншей? Минометный обстрел закончился так же быстро, как и начался – не так много мин у австрияков, как у зольдат Третьего рейха во Вторую мировую… Свой долг перед русинами мы выполним – и я в том числе. Конечно, я бы и рад был бежать – да только куда? До леса не добраться, быстрее шлепнут по дороге – вернее уж драться до последнего в надежде, что повыбитый артналетом полк все же не потерял боеспособности и сумеет отразить хотя бы первый штурм. Чему я постараюсь всемерно посодействовать…
После… а после начнется неминуемое отступление, и тогда мои шансы спастись будут значительно выше.
А ведь знал, знал я, что в 1915-м именно на Юго-Западном фронте враг нанесет свой главный удар! Но время стерло из памяти и место начала боев, и даже примерную дату. Я надеялся покинуть загрузку, а теперь вот, выходит, попал под раздачу – и в самое пекло, судя по продолжительности артобстрела…
– Рота, встать! Винтовки к брустверу приладить… Целься под пупок! По моей команде… Огонь!!!
Жиденький залп грохнул на позиции бывшей полуроты (два сведенных взвода), которую я для удобства называю сейчас ротой. Так, к слову, мою команду могут услышать бойцы и соседних подразделений, оставшиеся без офицеров – и худо-бедно поддержат нас огнем…
Несмотря на кажущуюся очевидной устарелость тактики залпового огня в эру магазинных винтовок, на деле этот прием не так и плох, когда стреляешь по густым австрийским цепям, прущим только вперед! Меткость индивидуальной стрельбы у бойцов хромает – это, увы, не сибирские стрелки с их многочисленными и опытными охотниками. Хотя сам я всеми силами старался переломить ситуацию в своей роте… Но и враг еще не научился атаковать отделениями, приближаясь к окопам короткими перебежками под прикрытием ручных машингеверов, коих пока нет ни у австрияков, ни у германцев. У нас, к сожалению, тоже нет, незначительное количество датских «мадсенов» не в счет – крайне редко они встречаются в войсках… Так вот, благодаря такой же архаичной тактике, как атака в густых цепях, у моих солдатиков есть все шансы попасть во врага, просто целясь по направлению! А учитывая, что худо-бедно по фронтальным мишеням я их стрелять научил, то и очередной наш залп уверенно выбивает из цепочки австро-венгров десяток-другой зольдат.
Учитывая, что после вражеского артналета боеспособных бойцов у меня осталось всего двадцать три человека, включая и меня самого – результат отличный.
– Перезаряжай! Цельсь… Огонь!!!
Очередной залп – и очередные жертвы врага. Австрийские немцы и мадьяры также стреляют в ответ, на ходу, останавливаясь всего на секунду – замирающие на месте цепи, залповый огонь шеренг, когда первая к тому же становится на колени, после Гумбиннена у противника как-то не в чести. Стрельба эта не особенно и точная – тем более что в качестве мишеней противнику достаются лишь слегка приподнятые над бруствером головы русских солдат. Атаку врага, слава богу, не поддерживают снайперы – да и что-то не видать в порядках атакующей пехоты пулеметных расчетов, катящих станковые австрийские «шварцлозе»…