Выстрел!
И всадник, дернувшись от толчка, вылетает из седла.
– Бегом, назад! Все назад!
Уцелевшие раненые гусары вряд ли сумеют продолжить погоню, а дым от окончательно пришедшей в негодность машины поставил настоящую завесу, за которой вражеским стрелкам нас уже не разглядеть. А потому сейчас, подавая остальным пример, я первым рванул через поле к селу, увлекая за собой и Александра с братьями…
Но практически одновременно с этим большая часть гусарского взвода, перейдя на галоп, поравнялись с елью, служащей ориентиром для стрельбы.
С околицы, обращенной к дороге, ожидаемо ударил жидкий залп. Из седла вылетел один всадник, еще трое кубарем полетели на землю, когда под ними рухнули скакуны… Пару секунд спустя с разной частотой грянули новые выстрелы – кто как успел перезарядиться. В этот раз точны оказались оба охотника, поразившие наездников, а вот из оставшихся стрелков в цель попало лишь двое, «спешив» австрияков на скаку.
Мало. Слишком мало точных попаданий!
– Быстрее, братцы, за мной!
Подождав немного, пока оставшиеся бойцы моей малой группы поравняются со мной, я разок шмальнул по направлению к врагу, но расстояние для точного выстрела оказалось слишком велико. Между тем, скачущие во весь опор гусары сократили дистанцию до села уже до сотни метров – потеряв еще только троих всадников после очередного залпа.
Как бы то ни было, число атакующих сократилось уже на треть…
– Быстрее!!!
Сам я бегу так, что уже горят легкие – бессонная и богатая на события ночь сказывается на физическом состоянии, и приходится делать над собой отчаянное усилие, чтобы проскочить, казалось бы, «всего» двести метров… Между тем, впереди басовито грянул залп наших стрелков – чуть громче, чем предыдущие выстрелы. Кажется, свое слово, наконец, сказали и охотничьи «карамультуки», заряженные самой крупной дробью, что нашлась! Но результат их огня я уже не смог разглядеть, так как приблизился к домам, и сельские постройки закрыли мне обзор…
А когда мы только-только поравнялись с околицей, раздались частые, хаотичные выстрелы винтовок и карабинов, пистолетов – причем явно больше, чем двух… И наконец – два увесистых, гулких таких гранатных хлопка, после которых под яростные крики немцев сухо прозвучали еще пара выстрелов.
После чего все стихло.
Жестом руки я приказал уцелевшим русинам остановиться:
– Фуф… Кажись все… Так, братцы, стоим, переводим дух, перезаряжаем оружие… К нашим на помощь мы уже не успели, фуф… Теперь бы понять, как быть дальше!
Впервые за все время голос подал Богдан:
– Но ведь там…
– Там твои соседи и знакомые – понимаю, да… Но если попрем буром, сгинем ни за грош. Живым-то уже ничем не поможем – нет уже живых…
Еще немного подышав и взвесив все за и против, я решительно дернул назад рукоять затвора манлихера и нажал на кнопку экстрактора обоймы, вылетевшей вверх. Следом достал целехонькую пачку из подсумка и загнал ее в магазин, после чего дослал рукоять затвора вперед и передал оружие Богдану:
– Держи. И помни, что я тебе показывал! А ты, Елизар, лучше отдай мне пистолет – да проверь свой винтарь. У тебя вроде неплохо с ним получилось, ссадил двух гусар! А пистолет оружие незнакомое, с ним опыт нужен и сноровка…
Младший из братьев послушно, хоть и с некоторым разочарованием, протянул мне поставленный на предохранитель «штайер» – в ответ я благодарно кивнул, после чего обратился уже к отцу Любавы:
– Саша, ты держи бомбу под рукой, сразу сними колпачок с фитиля. Чуть что – прячься за угол, в группе следуй замыкающим. По моей команде поджигай фитиль и считай до шести, после бросай бомбу к врагу… Считать умеешь?
Тяжело дышащий Александр на мой запоздалый вопрос лишь утвердительно склонил голову.
– Тогда все, братцы, выступаем. Я впереди, братья следом, Саша с гранатой замыкает. Увидели врага, следующего навстречу – сразу стреляем, понятно?! Но если гусары в кучу у домов сбились, дух переводят, то лучше будет им сначала бомбы швырнуть, а уже после стрелять… Ну, с Богом!
…Сказать, что я испытываю напряжение – значит, ничего не сказать. Стараясь осторожно ступать меж домов и сараев, все время держась правой стенки – так ведь удобнее целиться и стрелять с правой руки – мы осторожно ступаем, приближаясь к дальней околице села. На что я рассчитываю? На то, что нам удастся незаметно подобраться к австриякам – да швырнуть к врагу пару гранат, выждав, когда замедлитель практически прогорит… Рассчитываю на два полуавтоматических восьмизарядных «штайера» в моих руках, да на то, что мальчишки с Александром прикроют меня…