К тому же мне очень интересно узнать, почему из всех возможных вариантов Эвин выбрал Старый маяк. Что не так с достопримечательностью? Чем она особенная? В прошлом я провела на Коралловом острове немало времени, но о маяке ничего не узнала. Для меня это было просто очень старое здание, тоже, кстати, из ракушечника. Разве что… фундамент отличается. Фундамент, я помню, черный.
Есть даже легенда, что почернел он в большом пожаре, унесшем жизнь старика-смотрителя, не желавшего позволить внучке уехать с возлюбленным. Я проверяла — никакой сажи, просто такой цвет камня, не встречающегося больше нигде на Коралловом острове. С маяком, кстати, связано много любовных легенд. То с него отвергнутые девушки бросались, то обманутые юноши. Есть легенда про любовь невинной девы и морского демона. Это оно, намек? Не знаю… Но очень скоро узнаю.
— Не тяжело? — хмыкнула я.
Какая ирония, в прошлом Эдвин на руках меня не носил…
— Что ты, Мелани, свое сокровище спину не тянет.
Сокровище, значит.
— Ты нацелился на наш родовой артефакт, да? — улыбнулась я.
Эдвин ощутимо вздрогнул, буквально всем телом подтверждая, что я попала в цель.
— Да, родовое наследие Тейлов мне пригодится. — Он не стал отрицать, потому что я и так поняла правильный ответ. — Очень удачно, что ты единственный ребенок.
А меня вдруг осенило:
— Вы не впервые проворачиваете подобное. Твой дед…
— Да, Мели, верно. А знаешь, чей следующий артефакт я получу? Сможешь угадать?
Он будто умилялся. Или радовался, что я согласилась говорить. Думает, что я покорилась силе и сдаюсь на милость победителя?
— Рода Эмерсон?
— Верно! Этот гений такой дурак… Ни на кого, кроме тебя, не смотрит, поэтому забрать артефакт будет легко. Для начала ты родишь мне дочь… Сперва я не хотел от тебя детей, считал только куклой, средством для обретения древней силы Тейлов. Но я ошибся. Из тебя выйдет настоящая им…
— Ты сумасшедший! — перебила я. Мне вдруг стало по-настоящему страшно, несмотря на то что вырваться и обездвижить его я могла в любой момент. Но тянула время, опять тянула время, как и в ситуации с родителями. Приходилось терпеть, чтобы не упустить возможности. Сейчас я хотела знать, что же на самом деле задумал этот безумец.
— И что? Сумасшествие не преграда на пути к вершине. Не сопротивляйся, Мелани, это бесполезно. Ты будешь моей, как и все остальное.
Я закусила губу и прекратила попытки извиваться в путах. Сделала вид, что устала и почти смирилась. А поскольку мы все еще шли какими-то длинными полутемными аллеями, решила хоть сведения выудить:
— Раз уж ты, лорд ненормальный, устраиваешь мне свидание на Старом маяке, твой долг хоть немного рассказать, чем хороши древние развалины.
Эдвин только усмехнулся и на ходу быстро поцеловал меня в висок. Чем вызвал едва ли не корчи отвращения. Боги! И вот эти прикосновения когда-то казались мне божественно приятными? Я точно была не в себе!
— Потерпи, Мели, я не буду портить сюрприз.
Я только рассерженно зашипела, чем вызвала у него довольный смешок. Ладно, мы еще посмотрим, кто будет смеяться последним.
Здание маяка проступило в сгустившейся вечерней темноте. Эдвин обогнул его и зашел сбоку, оттуда, куда обычно посетители острова не забредали. С этого ракурса Старый маяк на фоне почти ночного неба смотрелся даже красиво, хотя и мрачно-угрожающе.
Боковая дверь оказалась открыта, и мой похититель нырнул в полную темноту без малейшего сомнения, словно ходил тут тысячу раз и знает все с закрытыми глазами.
Вспыхнул и прыгнул под потолок светлячок. Тусклый свет не разгонял тьму полностью, но давал возможность ориентироваться.
Эдвин не понес меня наверх, напротив, он дернул за рычаг, отозвавшийся надсадным скрежетом. В полу открылся люк, и Эдвин уверенно потащил меня вниз. Светлячок нырнул за нами, а затем люк с еще более пугающим скрипом захлопнулся над нашими головами.
Я завертела головой. До сих пор я была убеждена, что черный камень — это просто странная плита, на которой построено здание. Мне и в голову не приходило, что здесь может быть здание под зданием. И, вероятно, куда более древнее, чем маяк. Но такое же огромное. Просто этажи отсчитывались не вверх, а вниз.
Мы спускались и спускались, каменные стены глушили звук шагов, и у меня возникло ощущение, что все вокруг погружается во тьму, как в воду. Это чувство почти довело меня до паники и чуть не заставило сбросить маскировку, связать Эдвина и бежать отсюда со всех ног.