Семенова генерал знал давно, еще с Афгана. Правда, там он носил другую фамилию и был намного моложе, но уже тогда умел договариваться и виртуозно, с минимальными потерями и затратами решать поставленные задачи, и неудивительно, что руководство послало именно его в Крым, чтобы подружиться с владельцами системы путешествий во времени.
Раздался звуковой сигнал, призывающий ко вниманию, над большим кольцом установки загорелись зеленые огни, и, взревев двигателями, грузовики один за другим стали заезжать на металлическую конструкцию и исчезать в кольце, перемещаясь во времени. Когда через портал прошли микроавтобусы с женщинами и детьми, Дегтярев кивнул в сторону установки и проговорил:
— Ну, теперь мы. Пойдемте, прогуляемся.
Несколько шагов, стук подошв тяжелых армейских ботинок по металлу — и они возле самого кольца. Один шаг, всё на время замирает, и в глаза бьет яркий свет морозного дня в другом времени и в другом месте. Непроизвольно генерал вдохнул полной грудью чистый, холодный воздух, наполненный какой-то невероятной свежестью и запахом леса. Вот теперь он наконец-то поверил, что путешествия в другие миры и другие времена — это настоящая реальность, и у умирающих в бункерах людей появился шанс выжить…
Как и многие другие государства, война не застала Белоруссию врасплох, и, в отличие от остальных бывших стран некогда могущественного Советского Союза, здесь систему гражданской обороны никто не разрушал, а многие бункеры, наоборот, расширяли и достраивали, поэтому на момент начала взаимного обмена ядерными ударами большая часть населения была укрыта в убежищах. Но никто не ожидал такого глобального конфликта, и в ход с обеих сторон пошло не только ядерное, но и химическое и бактериологическое оружие. В первый год, из-за недостатка продуктов, эпидемии самоубийств и всё ухудшающейся медико-санитарной обстановки, погибло много народу, и в последнее время всем стало ясно, что жизнь в бункерах подошла к критической точке, и, по сведениям разведчиков, и в Польше, и в странах Балтии, и в России ситуация была схожей. Началась тяжелая затяжная и вялотекущая война за оставшиеся ресурсы, и дело неоднократно доходило до голодных бунтов. В условиях жесточайшего кризиса по каналам разведки была получена информация о договоренности высшего руководства России с некоей организацией в Крыму, благодаря чему в бункерах появились свежие продукты, чистая вода и, главное, натуральные фрукты и овощи, которые никак нельзя было вырастить в тепличных условиях. Чуть позже появилась невероятная информация о том, что там ребята сумели построить машину времени и вовсю шастают в прошлый век — в 1942 год — помогают Советскому Союзу воевать с фашистами и таскают оттуда чистые продукты. Но это было не всё: начала работать серьезная программа по переселению оставшихся в живых в другое время. По слухам, там создаются соответствующие условия и строится что-то типа закрытого научного городка, где будут работать над проблемами адаптации современных технологий для нужд воюющего Советского Союза. Звучало невероятно, просто фантастично, но на руководство Республики Беларусь вышли представители российских вооруженных сил и предложили поучаствовать, предоставив в качестве доказательства фото- и видеоматериалы и небольшой, но такой ценный контейнер со свежими фруктами и целый бидон настоящего меда.
Потом был Совет и памятная видеоконференция, от которой остался неприятный осадок, и благодаря деятельности полковника Семенова, в частном порядке вышедшего на нынешнее руководство Белоруссии, из последних сил была срочно собрана и отправлена делегация во главе с ним, с генералом Мартыновым, которого лично рекомендовал Семенов.
Мартынов, в распоряжении которого осталось несколько неповрежденных во время массовых бомбардировок противника военно-транспортных самолетов, даже не жил, а существовал в своем бункере, скрипя зубами наблюдая, как сокращается количество продуктов, горючего, как умирают люди, в том числе его молодая жена. Страшно это видеть и понимать, что ничего нельзя изменить. А тут как раз его срочно вызвали на связь и приказали готовить два самолета к вылету в Крым! Звучало дико, но вскоре, прорвавшись сквозь сугробы, прибыл караван, доставивший двадцать человек так называемых добровольцев и большой груз ПЗРК. Вот тогда-то ему и объяснили, что происходит, и намекнули, что есть шанс спасти и жену, и детей, и вообще всех, главное — долететь и подружиться со строптивыми крымчанами.