После проверки и обеда в общей столовой, в сопровождении местного коменданта, близкого и давнего друга генерала Оргулова, Панкова Юрия Борисовича, которого все просто звали Борисыч, они долго ходили по поселку. Борисыч с гордостью показывал семейные дома, общежития, школу, детский сад и второй, строящийся, большущий функционирующий медицинский комплекс, куда завезли множество современного оборудования. И главное — несколько столовых, где люди могли нормально питаться, правда по специальным электронным карточкам, которые заменяли талоны, но и здесь всё было организовано по уму, добротно и надежно.
Экскурсия в поселок для переселенцев из будущего произвела впечатление на генерала. Если некоторое время назад он всё же сомневался и ожидал подвоха, то увидев лица людей, своих современников, с которых сошла маска обреченности и апатии, румяные лица детишек, которые, радостно галдя, выбегали из школы и играли в снежки, он только жалел об одном, что так поздно узнал про крымчан и их возможности помочь людям.
Вернувшись в свое время, загрузив самолеты продуктами и топливом, генерал-майор КГБ Республики Беларусь во время полета всё время вспоминал тот поселок и детский сад с довольными лицами детей, которые ежедневно пили свежее молоко и если свежие фрукты. Обиды на крымчан не было: они занимались правильным делом, показав при этом всем заинтересованным зубы, и спокойно диктовали свои условия, и многие, кто были не согласны и пытались пролезть, надавить или силой решить вопрос, безжалостно уничтожались и изгонялись, что в данной ситуации было более страшным наказанием. Как пошутил Семенов: «Когда растает снег вечной зимы, взойдет столько подснежников из тех, кто пытался силой потягаться с Оргуловым!»
Генерал боялся загадывать, но он чувствовал, что теперь есть шанс, и у него впереди много работы, но в первую очередь — в небольшом пластиковом контейнере он вез три больших сочных яблока для жены и двух меленьких детей. Поздний брак и поздние, но такие желанные отпрыски, и ради их счастья и здоровья он был готов разбиться в лепешку.
Перед вылетом у него состоялся приватный разговор с Семеновым, который улыбнулся, увидев, как Мартынов прячет пластиковый контейнер.
— Паша, на пару слов.
— Слушаю.
— Ты, как прилетишь, естественно, будешь вызван на ковер.
— Однозначно.
— Я знаю в вашей системе несколько вменяемых людей, кто — ты и сам прекрасно знаешь. Вот, передай им совет на будущее…
Тон не совсем понравился Мартынову, но он прекрасно видел, что Семенов тут почти свой человек и имеет немалый вес, поэтому смолчал и стал ждать продолжения.
— Сейчас в Совете идет возня, заключаются всякие подковерные альянсы, народ интригует, и так далее. Пусть ваши не лезут, а напрямую работают с Оргуловым — больше пользы будет. И главное — не пытаться его играть втемную. Рано или поздно крымчане узнают и обидятся, и сам понимаешь, чем это чревато.
— Будут воевать?
— Нет. Они не воюют, в основном защищаются. Подумай, они реально спасают людей. А Серега Оргулов хоть и дикий отмороженный морпех, но с головой дружит, и очень даже. Он просто договорится напрямую с твоими людьми, а точнее, они сами от безнадеги на него выйдут и договорятся, и тогда ты всё потеряешь.
— Он способен на такую пакость?
— Это не пакость. Простая и эффективная отработанная тактика. Ты обратил внимание, как тут работают люди? Вот… Здесь принцип такой: работай как можешь, помогай людям, а если не хочешь, иди вон. И всё. Людям создаются условия, дается надежда, и заметь, никакого рабовладения, четко построенная система управления, поощрений и наказаний. Он дает людям второй шанс и не обманывает. Сам он не Наполеон и к власти не рвется, хотя авантюрист еще тот… — Семенов улыбнулся чему-то своему. — …но очень удачливый. Столько покушений, а всё еще жив. Несмотря на строптивость, хотя это просто его четко просчитанная и сбалансированная позиция, в чести у Сталина, и, по моей информации, Берия, имевший какое-то отношение к недавнему покушению, арестован и под нашей химией что-то там поет. Понимаешь, какой это уровень, и кто за Оргулова подписывается? И в нашем мире у него много уже сторонников, учитывая его твердую и вменяемую позицию.