- Ну чего вы, мышки, спрятались?
От его тона по коже бегут мурашки. Алинка безмолвно льет слезы, забившись в самый дальний угол. Подсаживаюсь рядом с ней, притягиваю в свои объятья и пытаюсь успокоить.
- Мы не сдадимся, мы справимся. – шепчу еле слышно и ищу глазами то, чем хоть немного можно будет обороняться.
Глава 25
Макар
Злость копится во мне уже двое суток. Сначала какой-то … чудило через букву м чуть не сбил мою маму на пешеходном переходе. Она неловко отскочила и подвернула ногу. Отец в очередной командировке и я зачем-то поехал с ней в ближайший травмпункт. Который, естественно, был переполнен. Пока доехали до частного медицинского центра, у меня разрядился телефон. Домой вернулись уже в первом часу ночи. Когда накормил маму ужином и попытался дозвониться до Ольки, она уже не брала трубку. А потом и вовсе выключила телефон.
Я не стал волноваться, решив, что она уже спит. Но на следующий день она не просто не брала трубку, она сбрасывала звонки. Так совершенно глупо обидеться птичка не могла. Это на нее не похоже. Звонки на номера Олиных родителей тоже ничего не дали, они не знали причины ее поведения. Оставить мать дома одну я тоже не мог. Отец вернулся поздно ночью, поэтому к Ольге я поехал только рано утром.
Но, как на зло, на дорогах были заторы и дома я ее уже не застал. Ксения посоветовала дать ее дочери немного времени, сказала, что у нее какие-то проблемы, но толком ничего не объяснила. Если у моей птички проблемы, то я тем более не могу спокойно сидеть и ждать.
Наплевав на свою учебу несусь в университет к Ольге. На душе скребут кошки. Набираю ей раз за разом, но ответа так и нет. Занятия уже начались, но в холле еще достаточно студентов. беру бодрящий напиток в автомате и очередной раз набираю номер. Слушаю гудки и подношу кофе к губам. Сквозь гам до слуха долетает знакомая мелодия. Ищу глазами Ольгу, но в холле ее нет. Прислушиваюсь и понимаю, что звук идет из коридора за кофе-машиной. Оставляю стаканчик на подоконнике и, не прерывая звонка, двигаюсь в сторону доносящейся мелодии. Уже подходя к повороту, вижу Ольгин телефон, лежащим вниз экраном на полу. Может, потеряла. Поднимаю телефон, экран разбит, но не критично. Сквозь сеть трещин виден последний запрос в поисковой строке. Зачем она искала отделение полиции?
Сквозь пелену своих мыслей слышу приглушенный стук, а потом грохот. Наверное, где-то в здании делают ремонт. Прислушиваюсь, и в этот момент к грохоту примешивается девчачий визг. Тревога электрическим импульсом проносится по позвоночнику. Торопливо поворачиваю в соседний коридор и вижу в противоположном конце три фигуры.
Птичка перегородила дорогу в подсобку с выломанной дверью, в которой, свернувшись в клубочек на полу, лежит девушка, и воинственно выставила перед собой швабру. А над ними двумя нависает фигура моего не слишком хорошего знакомого.
Глава 26
Ольга
Утешать Алинку у меня получается недолго. Да и не благодарное это занятие. Девушка глубоко ушла в истерику, слезы ручьями текут из стеклянных от страха глаз. Андрей сотрясает ударами дверь, то сопровождая свои действия совершенно безумными фразами, то пытается нас замилостивить, чтобы мы сами открыли дверь, то рыча и озверело дергая дверь, сыплет проклятиями.
Щеколда уже разболталась и дверь вот-вот падет под натиском ударов. Хватаю первую попавшуюся вещь, готовясь обороняться, встаю так, чтобы открывшаяся дверь не помешала мне первой нанести удар.
Еще один удар сильных рук и щеколда отлетает от дверного косяка. Андрей с остервенением дергает дверь на себя и она слетает с верхнего навеса, падая на него. Размахиваюсь и что было сил бью в область лица. Да, реакция у Андрея куда лучше моей, он успевает выставить перед собой руку. Впрочем, это его мало спасает, нос все же разбит. Он вытирает красную струйку тыльной стороной ладони и поднимает на меня обезумевшие от злости глаза.
Холодный липкий страх заставляет медленно пятиться назад. В момент, когда Андрей бросается на меня, я совершенно теряю над собой контроль. Бросаю швабру, зажмуриваю глаза и закрываю себя руками.
Несколько мучительных секунд жду удара, но вместо этого слышу шум и сдавленное ругательство. Приоткрываю глаза и вскрикиваю от облегчения. Ноги становятся ватными и подкашиваются. Приседаю, закрываю рот ладонями и уже не сдерживаю рвущихся рыданий.