Она отключила звонок, не дожидаясь ответа, и уставилась на меня.
— Всё хорошо, — тихо произнесла, кладя смартфон ко мне в сумку.
Но я не могла ничего произнести. Слёзы катились щекам, и я лишь молча кивнула, пытаясь найти силы снова дышать.
— Маша, хватит. Ты не должна позволять ей так с тобой обращаться. Она теперь тебе даже никто. Вас ничего не связывает.
Её голос был мягким, но в нём слышалась твёрдость, словно она передавала мне частичку своей силы. Я вздохнула, собирая остатки своей воли, и подняла голову.
— Ты права, — сказала я, чувствуя, как злость на саму себя за слабость смешивается с какой-то новой, неожиданной решимостью. — Я больше не позволю с собой так обращаться. Я ничего плохого не сделала, в отличии от…
Но договорить слово "муж" я так и не смогла. Оно застряло где-то в горле, обжигая своей реальностью.
Вместо этого глубоко вдохнула и уверенно направилась к стойке администратора. Женщина, всё ещё занятая своими бумагами, подняла на меня взгляд, заметив мою целенаправленность. На этот раз я не собиралась уходить ни с чем.
— Я прошу вас организовать мне встречу с управляющим санатория, — сказала я, стараясь, чтобы мой голос звучал ровно, хотя внутри всё дрожало. — У меня действительно нестандартная ситуация, и я правда не могу просто так развернуться и уйти поселиться где-то ещё.
Работница нахмурилась. Видно было, что такие просьбы выбивали её из привычного рабочего ритма.
— Управляющий сейчас не на месте,— начала она, но я не дала ей договорить.
— Пожалуйста, — перебила её. — Это важно. Очень важно. Я не прошу многого, просто дайте мне возможность объяснить ситуацию.
На этот раз она колебалась чуть дольше, оценивая меня. Наташа стояла рядом, слегка сжимая мою руку, как бы подбадривая. Наконец, работница вздохнула и потянулась к телефону.
— Я свяжусь с Владимиром Юрьевичем, — проговорила она, и её голос, казалось, обрёл официальные нотки.
Я наблюдала, как она набрала номер и что-то тихо сказала в трубку. Потом повернулась ко мне, прикрывая микрофон рукой.
— Как мне объяснить вашу просьбу?
Я колебалась, а потом с отчаянием проговорила:
— Скажите ему, что это вопрос жизни и смерти.
Администратор нахмурилась, но ничего не сказала, только повторила мои слова. Некоторое время она слушала ответ, кивнула, хотя собеседник её не видел, и аккуратно положила телефон.
— Он уже паркуется. Сейчас зайдёт, — сказала женщина, бросив короткий взгляд на дверь.
Её слова будто эхом отозвались в моей голове. Сердце учащённо забилось. Подруга сжала мою руку чуть сильнее, как бы предупреждая меня, что нужно сохранять спокойствие.
И тут зазвенел звонок на разъезжающихся дверях. Мы обе одновременно обернулись.
Глава 6
Как только двери раздвинулись, я, стараясь не задерживать дыхание, сделала шаг вперед. В просторный холл вошел высокий мужчина лет сорока пяти. Его уверенная походка и осанка выдавали в нем человека, привыкшего к ответственности. Светлый льняной костюм сидел на нем идеально, подчеркивая широкие плечи и узкую талию. Волосы, слегка тронутые серебром, были аккуратно подстрижены, а лицо излучало смесь строгости и спокойствия. Уголки тонких губ подрагивали, словно он уже привык к подобным ситуациям и был готов к любым просьбам. Но больше всего меня поразили глаза — светлые, глубокие, с едва уловимой искрой доброты.
Он остановился перед нами, оглядел меня и Наталью быстрым, но проницательным взглядом. Его голос оказался низким, приятным, но с оттенком делового тона:
— Это у вас вопрос жизни и смерти?
Я ощутила, как ладони стали влажными, но тут же сжала их, чтобы успокоиться.
— Да, это так, — мой голос прозвучал чуть тише, чем ожидала, но достаточно твердо.
Мужчина слегка кивнул, похоже, раздумывая над моими словами. Затем, не теряя времени, жестом пригласил следовать за ним:
— Хорошо, пройдемте в мой кабинет.