— Он один из наших, вполне естественно, что заехал. Сегодня днём позвонит, я дал ему телефон.
Ольга знала об этом, но мотивы супруга не казались ей весомыми. Для неё Женька был отступником, а возможно — и предателем.
— У тебя, милый, иногда интуиция работает, так что я пока воздержусь от любых действий в его отношении. Но ты определись, пожалуйста, кто он для тебя. А то у тебя наметился талант сходиться с людьми, которые мне неприятны…
На второй день участники свадьбы сидели за столом возле дома, сидели чинно, в повседневной одежде и неспешно отдавали честь хозяйкиным блюдам. Нескольким зашедшим соседям налили водочки, женщинам — шампанского, те посидели немного и убежали. Кости не было, он отправился на место нового посёлка, узнать насчёт временной работы. А Гриша Рахимов пришёл, сидел тихо, внимательно поглядывая по сторонам. Муртаза быстро поел и ушёл в автобус, а Анастасия Сергеевна обсуждала с девчонками гастрономические тонкости. В разговоре участвовал и Кутков, похоже, исключительно оттого, что Аня тоже готовила некоторые яства, украшавшие в данный момент стол.
Предупреждающий взгляд Сашки остановился на Ермолае за пять секунд до того, как затренькал телефон.
— Шатохин, — уверенно произнёс тот в пространство и поднёс аппарат к уху.
— Да, я дома, заезжай. Все наши тут, обедаем… Не помешаешь… Да, расписались вчера… Спасибо, передам, — трубка нырнула в карман.
— Он будет минут через десять, — сообщил юноша, покосившись на Ингу, которая единственная, как ни в чём ни бывало, продолжала разговор.
Через пять минут ушёл Гришка, сказал, погуляет вокруг дома. А за ним удалились и Аня с Лёней. Вика ничего не почувствовала, и их уходу удивилась. Но ребята ей сказали, что идут в дом. Галка с Ингой проводили их понимающими взглядами, остальные налегли на пироги с рыбой, которые как раз Анна и готовила. А Харламов вышел на улицу встречать гостя.
— Супчику куриного хотите? А есть ещё уха, — Анастасия Сергеевна от души потчевала молодого человека.
— Спасибо, лучше супчику, — Шатохин чувствовал себя неловко, но отказываться было неудобно.
Его подарок к свадьбе, набор небьющейся посуды, так и остался стоять на столе, куда его поставил Ермолай. Женщины возобновили обсуждение гастрономических проблем, а Женька торопливо хлебал суп.
— Ты не спеши, — посоветовал молодой муж, — у нас ещё вторых блюд пять разновидностей. Мы сидим давно, спешить не будем, надо же всё перепробовать.
— Блудный попугай, а водку тебе пить можно? — поинтересовался Лёшка.
— Я за рулём, — покачал головой Шатохин. — Да и вообще, при моей работе пьянка противопоказана. Да вы сами знаете: режим, постоянные тренировки, релаксации. Иначе способности угасать начнут, а я только ими и живу. Меня же никто не содержит, что заработаю, на то и существую.
Он доел суп и ему тотчас же предложили несколько разных блюд, из которых Женька выбрал кашу со свиными поджарками.
— А потом вы куда? — поинтересовался он, смотря на Ольгу.
— К моим, в лес, — с улыбкой отозвалась та.
Шатохин не спросил, когда они собираются отбыть, хотя вопрос вертелся у него на языке. Он принялся болтать с остальными. Мариэтта хотела месяц побыть дома, Лёшка собирался с Эллой в горы, Галка надеялась записаться на курсы спортивного танца. Братья пожали плечами и ничего не ответили. Игорь думал порыбачить в низовьях Енисея, Инга пока не решила, а Сашка собрался в тайгу.
— Один?
— Один. Возьму палатку, снасти рыболовные. Не рыбалки ради, а лишь бы прокормиться.
— Никто не едет в большие города, на курорты…
— Ты бы сам поехал? — спросил его Ермолай.
Но Женька, даже если бы не был связан работой, тоже предпочёл бы тишину и малолюдье. Только при его работе как раз летом он был нарасхват. А вот зимой работы не было, зато была учёба.
— Женя, ты как с обычными людьми, ладишь? — вдруг поинтересовалась Мариэтта.
— С моими-то способностями… — скривился Шатохин. — Не получается. Для них я чужой. Если кто ко мне интерес и испытывает, то обычно корыстный. Про школу многие расспрашивают… Но я молчу, как партизан. Кстати, о работе мне тоже распространяться не следует. С вами, понятное дело, можно…
Отступник специализировался на вбивании свай в скальный грунт. С его помощью процесс шёл интенсивнее, да и неожиданностей было куда меньше.
— Жень, а почему ты ушёл из школы? — по-детски непосредственно поинтересовалась Вика.
— Перевели в другую, — махнул рукой Шатохин и замолчал.
— Женя сторонник стабильности расщепа, а в школе поощряются исследования, призванные проникнуть в суть нынешнего порядка вещей. А это, пусть гипотетический, но риск возможного слияния с Материнским Миром. В общем, идейные разногласия, — объяснила Мари.