Выбрать главу

На время пасхальных каникул 1925 года мать Бертрана отправила его на юг (на Лазурный берег), поправить здоровье после перенесённого тяжёлого бронхита. Туда же (в соседний городок) на своём «рено» приезжает Колетт с друзьями, чтобы отдохнуть после трудного театрального турне и лекций. Она вызывает к себе Бертрана, и они проводят вместе последнюю ночь. Утром они навсегда расстаются. И больше почти никогда не встречаются. Бертран вскоре женится на племяннице знаменитого бельгийского писателя Метерлинка и будет жить долго. Он умрёт в 1987 году, в 84-летнем возрасте.

Расставшись со своим возлюбленным, несчастная и расстроенная Колетт решает срочно вернуться в Париж. Но машина её сломалась. Тогда её вызвался подвезти на своём автомобиле один из знакомых её подруги Маргариты Морено, которая приехала вместе с Колетт на юг. Они встретили его на Лазурном берегу, куда он приехал в гости к своим друзьям.

Звали его Морис Гудекет (1889–1977). Ему будет суждено стать третьим мужем Колетт, её последней опорой в жизни. Сын преуспевающего ювелира – голландского еврея, женатого на француженке и поселившегося в Париже, – к моменту встречи с Колетт Морис уже сам стал бизнесменом средней руки, торговал драгоценными камнями. Был он человеком культурным, интересовался искусством и литературой. В деньгах особенно не нуждался, покупал книги и картины, не был женат, имел постоянную любовницу, к которой не испытывал глубоких чувств. Когда он познакомился со своей будущей женой, ему было 36, а ей 52. Но хорошо сохранившаяся и темпераментная Колетт выглядела гораздо моложе, а главное, была психологически и даже физиологически моложе своих лет. Поэтому эти шестнадцать лет разницы их не смущали.

После совместной поездки через всю страну на автомобиле они очень сдружились. Морис Гудекет стал часто посещать особняк на бульваре Сюше. Колетт кормила его вкусными обедами. Постепенно она обрела в его лице преданного, верного друга, искренне и глубоко её любящего. Когда они стали любовниками, для неё это был не взрыв новой бурной страсти, а радостное ощущение прочности, надёжности и долговечности. И она не обманулась в своих ожиданиях: они прожили вместе до самой смерти Колетт, с 1925-го по 1954-й год. Брак они оформили только в 1935 году.

Первое время они много путешествуют, посещают Испанию и Африку. Колетт продолжает некоторое время ездить на гастроли, выступать в роли Леа в спектакле по роману «Ангел мой». Однако в 1926 году она покидает сцену навсегда, чувствуя, что с её бургундским акцентом, от которого она так и не смогла избавиться, ей не добиться того успеха, который у неё был, когда она играла в театре пантомимы.

Но ей нужны деньги, поскольку после развода с де Жувенелем ей пришлось уйти из редакции «Матэн», оставить должность литературного директора газеты. Её статьи там больше не публиковались. Она переключилась на другие журналы и газеты, стала вести театральную хронику в ряде изданий. Но всё это было нерегулярно и оплачивалось не всегда вовремя.

Понуждаемая необходимостью содержать особняк на бульваре Сюше, дом в Розвене, оплачивать учёбу дочери в английском престижном учебном заведении, платить жалованье слугам (в Париже и в Розвене) и самой жить так, как она привыкла, Колетт стала браться за любую работу. Так, в частности, она написала либретто для одной из опер знаменитого композитора Мориса Равеля, которая была поставлена в Монте-Карло с огромным успехом и принесла писательнице немалые деньги. С самим композитором Колетт дружила ещё со времён Вилли, у которого Равель в молодости некоторое время работал «литературным негром», писал от его имени музыкальные обзоры.

В этот трудный период Колетт вспомнила об успехе своего романа «Ангел мой», вышедшего в 1920 году тиражом в сто тысяч экземпляров. Она решила написать его продолжение. И в декабре 1925 года закончила роман «Конец Ангела».

Начата была книга сразу после разрыва с Бертраном и в основном писалась ещё до того, как она по-настоящему сблизилась с Морисом Гудекетом. Она тогда чувствовала себя одинокой, брошенной (в этот же период проходит бракоразводный процесс с мужем). Тяжёлое душевное состояние автора определило и содержание, и общую тональность книги.

Действие предшествующего романа происходило перед войной, в 1913 году, а здесь события развёртываются сразу после войны, на которой воевал и был ранен Ангел. Война сильно изменила его. Он стал серьёзнее, глубже, утратил своё былое легкомыслие. Он испытывает мучительное разочарование, ибо видит: всё, что он любил и ценил, оказалось сплошной иллюзией, обманом. Его великая любовь Леа – старая и чуть вульгарная женщина, утратившая былую привлекательность. Она к тому же перестала понимать его. Их любовь кончилась навсегда. А его жена – совершенно чуждая ему светская дама – вызывает у него только чувство раздражения. Опустошённый и неудовлетворённый, он стал пить, посещать одну девицу лёгкого поведения и в конце концов покончил с собой.

Это самый трагический роман Колетт, непривычное для неё пессимистическое и безысходное произведение. Сказалось, конечно, мрачное настроение писательницы в момент работы над романом, также утратившей надежду и любовь. Но в то же время эта книга необыкновенно точно вписывается в послевоенную европейскую и американскую литературу «потерянного поколения». Достаточно вспомнить грустные романы Ремарка или Скотта Фицджеральда. Колетт ведь тоже по-своему пережила и патриотический подъём, и тяготы войны и сама принадлежала в какой-то мере к этому «потерянному поколению». Разрабатывая в «Конце Ангела» сугубо личную тему любовной трагедии, она черпает жизненный материал из увиденного и пережитого ею. Личная тема обретает глубокий социальный смысл в большей степени, чем это было в других произведениях Колетт.

Однако роман «Конец Ангела» не имел такого успеха, как его первая часть. Не было в нём той живой, трепетной, чувственной жажды жизни, которая свойственна лучшим текстам Колетт, будь то психологические романы или публицистика. Здесь же поблекли краски, печально затихли тона.

В 1926 году Колетт и Морис Гудекет окончательно сблизились и стали жить вместе, почти не разлучаясь. Они продают особняк на бульваре Сюше и в 1927 году переезжают в небольшую уютную квартирку в самом центре Парижа, в старинном, но по-современному комфортабельном доме, выходящем окнами на знаменитый Пале-Руайяль. Продают они и дом в Розвене и покупают очаровательную маленькую усадьбу на юге Франции недалеко от Сент-Тропеза, который ещё не превратился в модный курорт и был красивым, живописным, тихим уголком.

Усадьба называлась «Мускатная шпалера» и была расположена на берегу Средиземного моря, увита виноградом, окружена прекрасным фруктовым садом.

Колетт начинает устраиваться на этом месте всерьёз, собираясь жить здесь по несколько месяцев в году. Она делает ремонт, сажает растения, заводит домашних животных – словом, располагается надолго.

И вот в этом состоянии успокоенности, с ощущением, что прибыла наконец в последнюю гавань, она пишет роман «Рождение дня», который был опубликован в 1928 году.

По единодушному мнению критики, эта книга – наиболее глубокое и наиболее оригинальное произведение писательницы.

Роман написан в жанре исповедальной прозы от лица самой Колетт. Но с первых же строк она открещивается от полного своего тождества с героиней романа. «Неужели, читая мою книгу, вы полагаете, что я пишу свой портрет? Терпение: это только моя модель». Эти фразы, взятые из текста книги, вынесены в эпиграф. Что же означает эта разница, на которой так настаивает автор? Конечно, по всем внешним приметам это явно она сама, так как в книге прямо говорится о Сидо, приводятся подлинные письма матери, героиня романа вспоминает в связи с этими письмами разные эпизоды из своей жизни, точно совпадающие с биографией писательницы. В другом персонаже романа легко можно узнать Мориса Гудекета. И, наконец, место действия – любовно и поэтично изображённая усадьба «Мускатная шпалера» и её живописные окрестности.

И вместе с тем это не совсем Колетт. Есть разница во внешности, а главное – то, что в отличие от героини романа, оставшейся одинокой, отвергнувшей любовь, Колетт, напротив, обрела новое счастье, новую семью.