Теперь, когда шары поднялись в воздух, я без труда разглядел среди них желто-зеленый. Желтый и зеленый цвета чередовались дольками, как апельсин, и внизу шар опоясывала широкая зеленая полоса. Один человек уже стоял в корзине, еще трое удерживали корзину, стоя на земле, и этот человек, в отличие от всех прочих, был не в защитном шлеме, а в голубой джинсовой кепочке.
Я бросился в его сторону и на бегу услышал выстрел стартового пистолета. Со всех сторон вокруг меня корзины были отпущены и, подпрыгивая, поволоклись по земле. Толпа взревела: «Ура!»
Я добежал до той группы, к которой стремился, и ухватился за край корзины:
– Джон Викинг?
Никто не обратил на меня внимания. У них шел бурный спор. Девушка в шлеме, лыжной куртке, джинсах и сапогах стояла на земле, двое помощников рядом выглядели угрюмыми и растерянными.
– Я с тобой не полечу! Ты просто псих!
– Да залезай уже! Гонка началась!
Он был очень высокий, очень тощий, очень взволнованный.
– Я не полечу!
– Ты должна лететь!
Он протянул руку и впился девушке в запястье. Казалось, еще немного – и он силой втащит ее в корзину. Во всяком случае, девушка в это явно поверила. Она принялась вырываться, задыхаясь и крича:
– Отпусти, Джон! Отпусти! Я никуда не полечу!
– Это вы Джон Викинг? – громко спросил я.
Он обернулся, не отпуская девушку:
– Ну да, это я. Что вам надо? У меня гонка начинается, вот только пассажирку усажу в корзину…
– Не полечу я! – заорала она.
Я огляделся. Прочие корзины почти все уже поднялись в воздух, мягко покачиваясь в паре футов от земли, стремясь к небу неспешной, величественной стаей. Я увидел, что в каждой корзине по два человека.
– Если вам нужен пассажир, я готов, – предложил я.
Он отпустил девушку, смерил меня взглядом:
– Сколько в вас веса?
Но тут он увидел, что прочие шары его обгоняют, и нетерпеливо добавил:
– А, ладно! Садитесь, садитесь.
Я ухватился за борт, подпрыгнул, извернулся и очутился в довольно тесной корзинке под огромным облаком воздушного шара.
– Отпускай! – скомандовал капитан корабля, и помощники растерянно подчинились.
Поначалу корзина осталась где была. Джон Викинг поднял руку, повернул рычаг, управляющий горелками, и у нас над головами, совсем рядом, оглушительно взревело пламя.
Лицо девушки все еще было на одном уровне с моим.
– Он же псих! – крикнула она. – А вы сумасшедший!
Корзину поволокло прочь, она подпрыгнула и внезапно подлетела сразу футов на шесть. Девушка побежала следом за нами и бросила на прощание:
– У вас даже шлема нет!
Ничего, зато я чудом спасся от двух кровожадных бандитов. Шлем казался излишней роскошью – тем более что у моего спутника его тоже не было.
Джон Викинг озирался по сторонам, все еще что-то гневно бормоча и почти непрерывно регулируя горелку. Его шар поднялся в воздух последним. Я посмотрел вниз, туда, где ликующая праздничная толпа наблюдала за массовым стартом. Какой-то мальчонка вдруг прошмыгнул под веревку и выбежал на опустевшую стартовую площадку, вопя и тыча пальцем в небо. Он указывал на шар Джона Викинга. То есть прямо на меня.
Славный маленький Марк, с блестящими умными глазенками и правдивым язычком. Славный маленький Марк, которого сейчас я с удовольствием придушил бы.
Джон Викинг принялся браниться. Я переключил внимание с того, что происходило на земле, на то, что творится в воздухе, и увидел, что его громкая и замысловатая брань, несущаяся к небесам, адресована лежащей впереди рощице, которая запросто могла преградить нам путь. Один шар уже застрял в деревьях по эту сторону рощи, а еще один, ало-фиолетовый, явно собирался вот-вот налететь на деревья.
– Держитесь обеими руками, черт побери! – рявкнул мне Джон Викинг, перекрикивая непрекращающийся рев горелки. – Корзина может врезаться в деревья, вы же не хотите вывалиться наружу?
Деревья были высоченные, футов по шестьдесят, и препятствие выглядело пугающим, но большинство шаров благополучно его миновало и поднималось все выше в небо – разноцветные грушевидные игрушки, летящие по воле ветра.
Корзина Джона Викинга стремительно приближалась к макушкам деревьев. Горелка ревела у нас над головами, точно обезумевший дракон. Но подъемная сила, которую она должна была обеспечить, отчего-то не действовала.
– Турбулентность! – рявкнул Джон Викинг. – Турбулентность треклятая! Держитесь крепче, падать высоковато!
«Да уж, весело! – подумал я. – выпасть из корзины на высоте шестидесяти футов, и даже без шлема!» Я усмехнулся, Джон Викинг увидел мое лицо и, похоже, удивился.