– Слушай, Сид, не нравятся мне эти синдикаты. – Он запер дверь и вынес чемодан на лестницу. – Давай скажем Лукасу Уэйнрайту, что мы этим заниматься не будем.
– А Питеру Рэммилизу кто об этом сообщит?
– Мы и сообщим. Звякнем и доложим.
– Ну давай, – сказал я. – Прямо сейчас.
Мы постояли, глядя друг на друга. Потом он пожал плечами и поднял чемодан.
– Ничего не забыл? – спросил он. – Плащ от дождя взял?
Мы спустились к машине, положили чемодан в багажник.
– Слушай, Сид, будь осторожен, ладно? А то не люблю я людей в больнице навещать, сам знаешь.
– Смотри список не потеряй, – сказал я. – А то редактор «Старины» рассердится.
Я целым и невредимым заселился в мотель, провел вечер у телевизора, а назавтра благополучно прибыл на Честерские скачки.
На ипподроме толпились все те же люди, вели все те же разговоры. Я впервые приехал на скачки после той кошмарной недели в Париже, и, когда я шел сюда, мне казалось, будто перемена во мне должна всем бросаться в глаза. Но никто, разумеется, не заметил того жгучего стыда, который я испытал, увидев у весовой Джорджа Каспара, и относились ко мне все по-прежнему. Один только я знал, что не заслуживаю всех этих приветствий и улыбок. Я жулик. Я усох изнутри. Я даже не предполагал, что мне будет так плохо.
Тренер из Ньюмаркета, предлагавший мне поработать с его группой, тоже был здесь и повторил свое предложение.
– Приезжай, Сид! Приедешь в пятницу, заночуешь у нас, а с утра в субботу поедешь работать лошадей.
Я подумал, что сейчас мало кто может мне предложить что-то, на что я предпочел бы согласиться. И потом, Питеру Рэммилизу с его ребятками будет не так-то просто меня там отыскать…
– Знаете, Мартин… Да, я с удовольствием приеду.
– Вот и хорошо! – он, кажется, остался доволен. – Приезжай в пятницу вечером, к вечерней кормежке.
Он ушел в весовую, а я спросил себя, стал бы он меня приглашать, если бы знал, как я провел день «Гиней».
Бобби Анвин поймал меня и уставился любопытным взглядом.
– А ты где был? – спросил он. – Что-то я не видел тебя на «Гинеях».
– Я не поехал.
– А я-то думал, ты обязательно будешь – ты так интересовался Три-Нитро…
– Нет.
– Могу поспорить, ты чуял, что дело там нечисто, Сид! Весь этот интерес к Каспарам, расспросы насчет Глинера с Зингалу… Давай колись: что тебе известно?
– Ничего мне не известно, Бобби.
– Не верю я тебе.
Он смерил меня на прощанье жестким, неумолимым взглядом и направил свой крючковатый нос на поиск более продуктивных источников информации о ведущем тренере, потерпевшем череду поражений. «Если мне снова потребуется его помощь, – подумал я, – уговорить его будет не так-то просто».
Розмари Каспар шла и болтала с подругой и буквально налетела на меня прежде, чем мы друг друга заметили. По сравнению с ней Бобби Анвин смотрел на меня почти ласково.
– Убирайся! – прошипела она. – Зачем ты здесь?!
Ее подруга явно удивилась. Я отступил с дороги, не сказав ни слова, – что удивило подругу еще больше. Розмари раздраженно утащила ее за собой, и я услышал удаляющийся голос подруги: «Розмари, но ведь это же Сид Холли!..»
Я почувствовал, что лицо у меня окаменело. «Нет, черт возьми, это уже слишком!» – подумал я. Я не смог бы сделать так, чтобы их лошадь выиграла, даже если бы остался. Не смог бы… но мог бы попытаться! И я всегда буду думать о том, что мог бы сделать, если бы попытался. Если бы меня не запугали до потери сознания.
– Привет, Сид! – сказал рядом чей-то голос. – Славный денек, а?
– Угу, славный.
Филип Фрайерли улыбнулся и проводил взглядом удаляющуюся Розмари:
– Она на всех кидается после этой катастрофы на прошлой неделе. Бедняжка Розмари! Она все принимает так близко к сердцу.
– Ну, ее можно понять, – сказал я. – Она ведь говорила, что так и будет, а ей никто не верил.
– Она и тебе говорила? – с любопытством переспросил Фрайерли.
Я кивнул.
– Ага! – понимающе кивнул он. – Представляю, как это раздражает.
Я сделал глубокий вдох и выдох, чтобы расслабиться, и заставил себя сосредоточиться на чем-нибудь другом.
– А вы эту свою лошадь нарочно выставили на гладкие скачки, чтобы дать ей возможность набраться опыта?
– Да, – коротко ответил он. – Если хочешь знать, как она выступит, я вынужден буду ответить, что все зависит от того, кто отдает приказы и кто их выполняет.
– Циничненько…
– Ты для меня ничего не выяснил?
– Пока что немного. Собственно, за этим я и приехал. – Я помолчал. – Вы знаете фамилию и адрес человека, который организовал ваши синдикаты?
– Так навскидку не скажу, – ответил он. – Я же с ним не общался напрямую, понимаешь? Дело было уже на ходу, когда я подал заявку на вступление. И лошади были уже куплены, и большая часть долей распродана.