Прошло не менее двадцати минут, прежде чем они появились на горизонте. Устало осев, я принялся ждать, продолжая безостановочно гладить и целовать мою любимую крошку, что так и не пришла в сознание:
– Не бойся. Все будет хорошо. Я обещаю, все будет хорошо.
Люди, окружившие меня, осторожно приняли Вету, тотчас заковав мои запястья в наручники, но мне было абсолютно плевать на это. Совершенно не в себе, я продолжал умолять теперь уже полицейских:
– Пожалуйста, позаботьтесь о ее правой руке! Прошу… пожалуйста, окажите ей помощь, вы обязаны спасти ее… Она играет на скрипке!.. Она лучшая скрипка в консерватории! Не повредите ее сустав! Не повредите ее правую руку! Вы обязаны позаботится о моей девочке… Вы обязаны…
Глава 47
Пов Виолетта
Тимура судили сразу по нескольким статьям уголовного кодекса: хищение бюджетных средств в особо крупном размере, взяточничество, применение вреда, приведшее к смерти в результате самообороны…
Меня не было на том разбирательстве, но от Кирилла я узнала, что судья не сильно зверствовал, с учётом всех смягчающих обстоятельств и благодаря содействию расследованию. К тому же судья являлся бывшим приятелем моего олигарха.
Я лежала в больнице, когда оперуполномоченный решил устроить мне допрос – вопреки договоренности со своим бывшим любовником, я сказала, что Тимур хотел всего лишь защитить меня. Он – жертва обстоятельств, ведь и сам чуть было не оказался застреленным, просто фортуна была на его стороне.
И, да, он спас мне жизнь, пожертвовав своей свободой. Я слишком хорошо это понимала, пусть и не произносила вслух. Конечно, я бы защищала его даже под угрозой собственного заточения.
А Тимуру присудили срок в пять лет в колонии поселения где-то на севере. Как бы я ни старалась – не смогла увидеть его и одним глазком до его отправления.
Конечно, это не тюрьма строгого режима, да и очень велика вероятность получить досрочное освобождение, но... судя по всему мы с ним не сможем общаться.
В колонии поселения нельзя было держать при себе телефон. А если Тимур вознамерился покинуть место своего заключения раньше срока за хорошее поведение – то и думать нельзя о нарушении каких-то правил.
Безвыходность моего положения заключалась в том, что я не могла писать ему даже бумажные письма.
– Почему ты не даешь мне его адрес? – со слезами на глазах просила я Кирилла, что сидел напротив в моей вип-палате.
Юля тоже была рядом, заботливо гладила ладонь, и слились что-то сказать. Но будто не решалась. Собравшись, она все же озвучила свой вопрос:
– Ты уверена, что в этом есть такая острая необходимость?
– О чем ты...
Юля вздохнула, не желая делать мне больно. Точнее, она боялась, что мои страдания так и не прекратятся. Я даже не могла обижаться на нее за это!
– Все, наконец, закончилось, – осторожно сказала она. – Тот человек умер, его дочка, Стелла, отбывает срок в другом месте. Больше никто тебя не тронет... не лучше ли было попытаться начать новую жизнь? Твой отец скоро выпишется из клиники – тебе следует подумать об этом.
Это, конечно, было верным суждение. Папа недавно смог связаться со мной, и мое исстрадавшееся сердце наконец, могло бы хоть немного передохнуть. Но…
– А как же Тимур?..
– Теперь у него судимость, не забывай. Как ты представляешь будущее ваших отношений?
Боже. Неужели ты и твой дорогой Кирилл в самом деле полагаете, что я совершенно не думала об этом? Я беспрестанно размышляла на эту тему тысячу… нет, миллион раз, и всегда приходила к одному единственно верному решению.
– …Он мог бы сбежать в тот момент, когда наша машина перевернулась, но Тимур не сделал этого, чтобы спасти мне жизнь!.. У него столько денег, что ему вообще ничего не мешало скрыться из страны без опасений, что хоть кто-нибудь найдёт его. Но он, прекрасно зная это, не оставил меня! Как ты можешь говорить, что я могу отказаться от него после всего этого?!
– Вета, – примирительно улыбнулся Кирилл, – Тимур сделал это не для того, чтобы добиться твоей взаимности. Просто захотел спасти тебя, так что не думай о том, что чем-то обязана ему. Все в порядке.
– И вообще, если бы не он – ты бы никогда и не попала в ту ситуацию! – тотчас подхватила речи своего парня подруга, но Кирилл мягко осадил ее порыв.
– Юля, спокойнее. Сейчас не самое лучшее время спорить об этом. Вернёмся к этой теме, когда Виолетте станет лучше.
Я наивно поверила в его слова, поэтому насилу заставила себя успокоится. В отличие от Тимура, у меня был телефон, поэтому я прочла всю имеющуюся информацию об осуждённых, отбывающих наказание в местах поселения, а также о возможности навестить таких заключенных. Айфон, который подарил мне Тимур, был разбит его тестем в момент моего похищения, поэтому приходилось довольствоваться своим доисторическим телефончиком, который папа нашёл в моей квартире, когда смог вернуться домой.
В целом, и этого девайса было достаточно, чтобы читать статьи в интернете.
Да, кстати, мой папа, с тех пор как мы выбрались, нашёл себе постоянную работу, поклявшись, что больше ни с одним казино дел иметь не будет. Он хотел отправится работать вахтовым методом, но узнав, что я могу вскоре уехать, принял решение остаться с Тайфуном.
Из-за вывихнутого сустава на руке я пока не могла выгуливать мою собаку, поэтому эту прерогативу взял на себя папа. А когда он был занят – то его сменяли Юля или Кирилл.
Каждая наша встреча начиналась одинаково:
– Когда я получу адрес Тимура?
Видя, как упорно эти двое не желают со мной сотрудничать, я уже была готова на экстренные меры, например, прокрасться в дом Кирилла и найти там нужную информацию. Очевидно, Юля предала меня, поэтому помощи от неё ждать не стоит. Ну и ладно, сама как-нибудь справлюсь.
– Я ведь даже не попрощалась с ним. Разве Тимур не обрадовался бы, если ли б получил от меня весточку? – уговаривала я парня снова и снова.
Кирилл, до этого стойко противостоящий моим мольбам, сегодня оказался более сговорчивым.
– Скажу так, Вета. Моё упорство – это не только решение здравого смысла. Тимур сам запретил мне давать тебе адрес.
– Почему? – стоит ли говорить, в каком я была в шоке, слыша подобное. – Ты лжешь!
– Я не стал бы так шутить.
Тоже верно, он бы действительно не стал. Но почему Тимур не хотел моих писем?.. Для меня это казалось необъяснимым, как бы я ни размышляла об этом.
– Он не хочет больше со мной общаться? – предположила я. – Тимур обижен на меня?
– Не в этом дело, – улыбнулся парень. – Он хочет дать тебе шанс жить по-человечески. Роль «ждули» совсем не для тебя… Я редко принимаю его сторону, но в этом я согласен с братом.
– ... Ничего не понимаю, – разочарованно прижав к себе веселую морду Тайфуна, пробормотала я. – Он так хотел, чтобы мы были вместе. Но теперь, когда все, наконец закончилось, он… отталкивает меня...
– Возможно, он не думал в тот момент, что рядом с тобой будет не богатый красивый миллионер, а постаревший зэк, – с грустной усмешкой высказал свое мнение Кирилл.
Слыша такой его голос, я вдруг поняла, что плохо не только мне одной. Кирилл – его младший брат. И ему больно не меньше, пусть он и не показывает этого. Но при этом ему еще приходиться утешать какую-то не в меру чувствительную барышню!
– Заключенный, или олигарх – для меня это человек, без которого очень плохо.
Мне казалось, что Кирилл снова посмеется надо мной, но он ничего не казал на это. Оставалось гадать, какие мысли вертятся в его голове сейчас.
Я больше не могла позволить себе обременять Кирилла. Извинившись, мы с ним попрощались.