Во-первых, в речи уважающего себя сидельца (особенно блатаря) содержится невообразимое количество мата. В 90 процентах случаях этот мат не несет смысловой нагрузки. В оставшихся случаях я старался заменить мат литературными синонимами, однако в ряде случаев я счел, что для передачи эмоционального настроя рассказа мат необходим.
Во-вторых, я старался по возможности сохранять натуральные выражения из блатного жаргона (фенечки), но это получалось не всегда. Ряд фраз и слов будут непонятны большинству читателей, а некоторые слова и фразеологизмы были не понятны и мне, поэтому особо сложные речевые обороты я заменял на более общеупотребительные. Вместе с тем, хочу отметить, эти рассказы не для широкого круга пользователей, совсем неподготовленный читатель не поймет в них многого.
В-третьих, отдельные высказывания (а иногда и все сказанное) моих собеседников вообще не поддаются ни литературному, ни псевдолитературному переводу. Так, например, ниже приведены истории, рассказанные десятью сидельцами, а всего в различное время моими собеседниками были более 20-ти человек. Однако, в силу особенности речи некоторых, я не счел нужным излагать их истории, так как если убрать мат, то получилась бы история примерно следующая: «Че базарить, взяли, да по беспределу опустили». Но в то же время хочу отметить, что удачей явилось то, что мои собеседники принадлежали к разным кастам. Пидоров среди них не было - базарить с пидором я считаю заподло даже на воле. А вот остальные были и блатными (некоторые – весьма авторитетные), и краснорогими (тоже, в общем, заподло, но не такое, как базарить с пидором), и мужиками разной степени козырности.
И, наконец, в-четвертых. Лично я сам был очевидцем лишь двух из приведенных ниже историй, все остальное – истории, рассказанные другими сидельцами в моем изложении. Поэтому прошу понять, данные писульки является хоть и псевдо, но всеж таки литературными произведениями. Поэтому иногда я позволял себе преувеличивать и приукрашивать, а иногда кое-что и менять, но основа всех рассказов это истории, рассказанные самими зеками. Естественно, я не могу поручится за их достоверность: зекам вообще свойственно привирать, к тому же во время рассказов все мои собеседники выпивали.
В большинстве случаев рассказ ведется от первого лица. Это вовсе не значит, что я сам и есть свидетель события. Просто от первого лица мне было удобнее. Есть такие произведения, где от первого лица, рассказывают, на самом деле, несколько человек.
И последнее. Имена, фамилии, клички (погоняла, погремухи), названия географических пунктов, номера зон и вообще любые данные, позволяющие идентифицировать кого-либо или что-либо, изменены мною до максимальной степени неузнаваемости. Даже в том случае, когда сюжет рассказа завязывается вокруг, например, смены погоняла. Я совершенно не желаю, чтобы кто-либо узнал в рассказе себя или свою зону. Причина тут проста: на самом деле в арестантской среде рассказывать истории о жизни ТАМ, считается если не заподлом, то уж косячком точно. Так как жизнь на зоне это вовсе не цирк и не театр, это очень суровая правда жизни и событий для радости и веселья там совсем не много, а уж тех, которыми их участники могли бы гордиться, пожалуй, и вовсе нет. А выставлять на показ трагические или унижающие кого-либо истории, согласитесь, по меньшей мере, не порядочно. Более того, в одном из произведений рассказано, как один человек, любивший рассказывать такие истории, серьезно за это потом поплатился.
Но если никто никого не узнает, то это будет уже как бы и не правдивая история, а тюремная байка, а тюремные байки это вовсе не косяк, а очень даже популярный у сидельцев вид творчества.
Анализ некоторых аспектов арестантской жизни
Интервью с козлом, или вторая сучья война
31.03.2009
Данное произведение – это пересказ беседы, состоявшейся в одном из подмосковных городов. Для удобства восприятия, я оформил эту беседу в виде интервью, где я – корреспондент – Сеня Сокольники (далее – С.С.), а своего собеседника я буду называть Красный Козел (далее - К.К.). Я по возможности старался сохранять оригинальный стиль речи интервьюируемого, в том числе там, где его речь имеет грамматические ошибки и стилистические неувязки.
Темой и предметом данной беседы является известный ролик с ютуба, в котором (предположительно) зоновский ОМОН в (предположительно) Свердловской ИК-2 системно прессует дубиналами сидельцев, а также всяческими иными способами ущемляет их права и унижает человеческое достоинство (заставляет раздеваться, швыряет об землю, ставит в «растяжку» и т.п.). Собственно, беседа проходит во время просмотра ролика.