День, к радости Вадима, прошёл без происшествий и домой он ушёл вовремя. У метро его внимание привлекла пожилая женщина. Вадим почему-то подумал, что у Кая и Герды из сказки Андерсена, которую он читал накануне Лавру, была именно такая бабушка. Светлая, опрятно одетая женщина продавала вязаные изделия. На маленьком раскладном столике лежали вязаные шапки, варежки и шарфы. Он сбавил шаг, остановился возле неё и поздоровался.
— Добрый вечер, молодой человек! Вас что-то заинтересовало?
— Это ваших рук творения, сударыня?
Сударыня на удивление молодо рассмеялась и кивнула:
— Моих рук творение. Считай, всю жизнь с мужем по гарнизонам проколесила. Не всегда работа была, а нужно было себя чем-то занять. Вот и научилась вязать. После дети родились. Их обвязывала. Затем внуки пошли. А сейчас уже не остановиться. Да и такое изобилие разнообразной пряжи появилось — вязать одно удовольствие. К празднику с новогодней тематикой навязала. Хотите, покажу?
— Хочу.
Женщина протянула шапочку-ушанку белого цвета, на которой были вывязаны ярко-синие снежинки.
— Как вам? К ней ещё шарф имеется и варежки.
Вадим взял шапку в руки и понял — это именно то, что он хочет подарить Вике.
— Беру.
Вадим отсчитывал деньги, когда к ним подошёл пожилой мужчина.
— Машенька, закругляйся, два часа уже стоишь. Ты по всем статьям замёрзнуть должна была. Хватит. Ведь продают же твою красоту через интернет. Нет, самой нужно на улицу выйти.
Вадим улыбнулся.
— Коленька, это мои любимые модели. Я должна была сама их людям продать. Ну как ты не понимаешь. Мне нравится, когда люди вживую «спасибо» говорят, а не в вашем онлайне.
Вадим не выдержал и рассмеялся.
— Спасибо вам, Мария… — он вопросительно глянул на женщину.
— Мария Яковлевна, — представилась женщина и подала Вадиму пакет и визитку. — Внук визиток мне напечатал, советует покупателям вручать.
Абрамов убрал визитку в карман куртки и поблагодарил женщину.
— С наступающим Рождеством! — произнесли они одновременно и рассмеялись.
Настроение было замечательным, и Вадим поспешил домой, где его уже ждал Орлов.
И всё-таки Рождество — сказочный, тёплый и уютный домашний праздник. Катя в обнимку с Баксом смотрела рождественскую мелодраму. Мальчики сооружали из конструктора что-то замысловатое. Взрослые пили чай с черничным пирогом, который испекла Ирина.
— Дети, вам не пора спать? — поинтересовался Николай у крестников. Братья сделали вид, что не слышат. Катя, не отрывая взгляд от экрана, поставила крёстного в известность, что фильм закончится через десять минут, после чего они пойдут спать. Николай удовлетворённо кивнул и вновь переключился на Ирину. Вика, чтобы как можно реже встречаться взглядом с Вадимом, делала вид, что увлечена фильмом, но вдруг её руки коснулась рука Абрамова. От неожиданности она вздрогнула и повернула к нему голову. Он сидел, подперев голову рукой, не отрывая от неё своего взгляда.
«Ну и что, что трое детей, — думал Вадим. — Я молодой, сильный мужик. Я справлюсь. Ведь самое главное — я люблю Вику».
Он гладил её руку, не замечая взглядов сидящих за столом людей, а она, явно не зная, как ей реагировать на происходящее, беспомощно взглянула на Ирину. Ира в ответ пожала плечами и посмотрела на Николая. Тот лишь развёл руками и вздохнул.
— Всем спать, — прозвучал голос Кати.
Взрослые посмотрели на девочку и одновременно кивнули.
— Вы бы пошли с собачкой погуляли, — предложил Николай Вике с Вадимом. — А то пёс извёлся.
Пёс в это время спал под ёлкой, не реагируя на происходящее никоим образом.
Глава 11
Только эта прогулка стала для Вадима последней в январе. Он не видел Вику месяц. Вернее, видел, но исключительно в окно. Несколько раз он подходил к её двери и даже дотрагивался до звонка, но, постояв несколько минут, уходил обратно в свою квартиру.
«Любовь, любовь, ну что ты делаешь со мной», — думал Абрамов, глядя на Вику, гуляющую с Баксом.
— Вот чего маешься? Сходи, поговори. Скажи, что любишь, наконец, — посоветовал Николай, подошедший к окну. — И не говори, что права не имеешь. Имеешь. На счастье право имеют все. Все без исключения. И ты в том числе, — заверил друг. Вадим молчал. — Трус ты, Абрамов. Никогда бы не подумал…
— Думай что хочешь.
— Абрамов, послушай мой совет. Сделай так, чтобы Вика узнала о твоих чувствах к ней, а там пусть она сама решает. Что да как. А так ты не только себя шанса лишаешь, но и её.
— Какого шанса?
— Шанса на счастье, Абрамов. На счастье. А вот на это права ты не имеешь, хотя бы по отношению к этой женщине.
Вадим знал, что Катя всё ещё ходит к Вике на занятия. Девочка убрала тетрадь с учебником в папку и положила на край стола.
— Вика, а почему ты к нам не приходишь?
— А почему вы ко мне не приходите?
— Я прихожу. А братьям я не разрешаю, потому что ты на работе устаёшь. А почему к вам папа не приходит, я могу только догадываться. Но думаю, что из-за нас. — Катя поднялась и, взяв папку, пошла к выходу. В дверях она оглянулась: — Он очень хороший.
— Я знаю, Катюша.
Девочка попрощалась и вышла из квартиры, а Вика вернулась в кухню и села за стол, подперев голову руками.
Она уже два месяца встречалась с Алексеем Москвиным. Ничего серьёзного между ними не было. Они ходили в театры и на выставки. Но, судя по тому, как вёл себя Алексей, было понятно — на Вику он имел виды, и причем серьёзные. Он красиво ухаживал, ей было с ним интересно, но она относилась к нему как к приятелю. И только. За последний месяц он несколько раз делал попытку напроситься в гости. Вика переводила разговор на другую тему или находила предлог для отказа.
Сегодня утром он позвонил и пригласил её на каток, но она отказалась, сославшись на домашние дела. Тогда Алексей предложил приехать вечером на чай. Вика отказала. Алексей обиделся и прервал разговор, не попрощавшись, — Вика вздохнула с облегчением.
После ухода Кати она испекла шарлотку с корицей, блины и пошла к Абрамовым. Дверь открыл Вадим:
— Ты к нам?
— А у вас квартира из разряда частной стала коммунальной?
Вадим посторонился:
— Проходи, Вика. Не обижайся, это я от неожиданности.
— Вадим, у меня шарлотка и блины. У вас будем чай пить или у меня?
— Проходи. Только приготовься к эмоциям Лавра. Он к тебе уже неделю прорывается, а Катерина его не пускает.
В прихожую заглянул Лаврентий:
— Она сама пришла! — вдруг заорал мальчик.
Он подпрыгнул и ринулся к Виктории. Вадим даже перехватил сына по дороге, чтобы он не сбил её с ног. Лаврик завопил ещё громче, требуя, чтобы его отпустили, после чего, подбежав к Вике, обхватил её ноги и затих.