— Мой папа утверждал, что в Питере живут самые красивые женщины, так вот я и стараюсь соответствовать. — Вика улыбнулась и озорно подмигнула.
Абрамов заливисто рассмеялся, согласно кивнула потом всю дорогу он рассказывал смешные истории из жизни своих детей. Он был хорошим рассказчиком. Когда дело касалось Лаврика, Вика хохотала до слёз.
— Это всё правда, что вы мне рассказывали сегодня, или вы сочиняли на ходу?
— Всю правду я вам рассказывать не стал, а только прошёлся по поверхности. А вот если бы я вам её рассказал, вы бы точно решили, что ваши соседи монстры.
У своей двери Вика остановилась и повернулась к спутнику:
— Не наговаривайте на своих ангелов, Вадим. И спасибо за замечательную прогулку. Спокойной ночи!
Вадим в ответ поблагодарил за прогулку Вику и, пожелав ответно спокойной ночи, пошёл к своей двери. Оказавшись в квартире, он разулся и прямым ходом направился в ванную, где, встав под ледяной душ, попытался отогнать от себя образ Вики. Душ не помог. Пятьдесят граммов коньяка тоже не помогли, и Абрамов всё с теми же мыслями направился спать. Зато Вика впервые после смерти родных заснула спокойным, ровным сном и проспала до утра.
Глава 4
Два дня не покладая рук Ира трудилась на даче, убирая все вещи родных, которые могли напомнить Вике о трагедии. Что-то она раздала соседям, что-то — сложила в чемоданы и убрала в кладовку, подальше от глаз Вики, а остальное выбросила, после чего вымыла окна и принялась наводить порядок в доме. Она уже заканчивала, когда на пороге появилась соседка.
— Ирочка, может быть, тебе помощь нужна?
— Спасибо, Валентина Ильинична, но я уже на финише.
— Закончишь — приходи на обед, у меня всё готово.
Ира поблагодарила сердобольную соседку за приглашение и обессиленно опустилась на табурет:
— Приду.
Окинув взглядом молодую женщину, Валентина Ильинична недоверчиво покачала головой:
— Что-то я в этом сильно сомневаюсь, — заметила женщина и вышла из дома. Появилась она через двадцать минут уже в другой одежде. Увидев Ирину, сидящую в той же позе, вновь покачала головой: — Ведь предлагала же помощь, зачем отказалась? Сама, сама… Самостоятельная ты наша. — Она забрала из рук Ирины швабру и принялась за дело. Попытка Ирины возразить успехом не увенчалась. — Отдыхай. Ты мне лучше расскажи, как Виктория.
— Слава богу, очень медленно, но начала потихоньку приходить в себя. Я для неё у Потёмкиных щенка взяла. Правда, она об этом не знает. Ей я сказала, что если она его не возьмёт, то его усыпят.
— Ира, ты с ума сошла?
— Да, а что мне было делать⁈ Зато я её заняла. Тут хочешь не хочешь, а его кормить нужно, убирать, гулять. А то ведь забьётся в свой угол и сидит часами. Так ведь и свихнуться недолго.
Валентина Ильинична отжала тряпку и тяжело вздохнула:
— Не дай бог никому такое пережить. Ну всё, я закончила. Что ещё нужно сделать?
Ира огляделась по сторонам и пожала плечами:
— Пожалуй, на этом и всё.
— Если на этом всё, тогда к нам, а то, небось, супружник мой уже над кастрюлями вологодские страдания выводит.
После обеда Ира пару часов поспала и, выпив у соседей чаю, отправилась в Питер.
Вернувшись в родной город, Ирина заехала в магазин и отправилась к Вике. Войдя в квартиру, она услышала, как та строгим голосом обучала щенка команде «лежать». Ира заглянула в гостиную. Бакс с несчастным видом выполнял команду через раз. Завидя её, он радостно замахал хвостом, но с места не тронулся.
— Да, Бакс, жёстко с тобой хозяйка.
— Не жёстко, а так, как нужно, — возразила Вика и, подойдя к золовке, поцеловала. — Есть хочешь?
— Не так чтобы очень, но что-нибудь я бы съела. А у тебя и еда имеется?
Вика взяла золовку под руку и повела в кухню.
— Я холодный борщ приготовила. Будешь?
— Спрашиваешь. Конечно, ещё как буду.
После того как с борщом было покончено, Ирина поинтересовалась у Вики, чем она занималась в её отсутствие. Получив исчерпывающий отчет, одобрительно кивнула:
— Молодец. На следующие выходные я тебя на дачу отвезу, — заявила она. Испуганными, наполнившимися слезами глазами, Виктория посмотрела на золовку и замотала головой. — Не «нет», а поедешь. Будешь сил набираться.
— Ты там была? — срывающимся от волнения голосом, поинтересовалась Вика.
— Была.
— Ира, я не поеду.
— Поедешь как миленькая, я что, зря два дня в доме корячилась. Поедешь и будешь сил набираться. Ради меня. А если я тебе безразлична, то ради своих стариков. Я надеюсь, они-то стоят того.
Перед сном они отправились на прогулку с Баксом и, выходя из дома, встретили Вадима, возвращающегося домой. Он поздоровался первым, присел и погладил щенка, а Бакс тут же подскочил и лизнул его в лицо. Абрамов засмеялся и, приподняв щенка, поцеловал того в нос.
— Не хотите составить нам компанию, Вадим? — поинтересовалась Ирина.
Абрамов поднялся:
— Извините, девушки, сил нет. У нас сегодня учения проходили. Честно говоря, хочется дойти до дома и принять горизонтальное положение.
Что ж, пожелали Вадиму хорошего отдыха, попрощались и уже отошли от дома, когда Ирина оглянулась. Абрамов стоял и смотрел им вслед. Встретившись взглядом с Ириной, Вадим открыл дверь и вошёл в подъезд.
Через неделю Ирина отвезла Вику с Баксом на дачу, а через несколько дней приволокла рассаду цветов. Раньше всеми посадками занимались мама со свекровью, и Вика лишь изредка им помогала. На помощь, как всегда, пришла Валентина Ильинична, и через пару дней всё росло на своих местах. От дачной жизни Бакс пришёл в полный восторг. Весь день он проводил в саду, охотясь на бабочек, шмелей и лягушек. А Вика читала, переводила тексты и занималась садом. На выходные приезжала Ира, и дом наполнялся смехом и кутерьмой, которую она, как никто другой, могла устроить. Вика оживала с каждой минутой, каждым часом, с каждым днём. Она, как цветок, впитывала в себя солнце, воздух и силу земли. Глядя на Вику, отходила душой и Ирина.
В субботу, вернувшись с озера, они пообедали, и Вика заснула в гамаке, подвешенном под двумя раскидистыми кленами. А Ира пошла к соседям.
Завидев её, Валентина Ильинична обрадовалась и тут же затеяла чаепитие в беседке. Вскоре к ним присоединился и Михаил Михайлович:
— Ну, как тут моя красавица поживает?
— Да вроде бы как всё хорошо, но к нам она редко заходит, чаще я её навещаю, — Валентина Ильинична вздохнула. — Пару раз, правда, с заплаканными глазами застала. Ну а если в займет то неплохо.
— Ира, а может, ей на работу вернуться? — предложил Михаил Михайлович. — Голову себе займёт, да и материально легче будет.
— Я с ней об этом говорила. В гимназию она не хочет возвращаться. Недавно знакомую встретила — она там завучем работает — и говорит, они не теряют надежды на её возвращение. Но я думаю, что работа — дело времени. А с деньгами у нас проблем нет. Я работаю, дела идут неплохо. К тому же я квартиру родителей Вики своей хорошей приятельнице сдала. Так что в деньгах нужды особой нет. Нам хватает. А то, что ей на работу нужно, я с вами, Михаил Михайлович, совершенно согласна. Да ладно, бог с ней, с работой. Самое главное — это то, что Вика оживать начала.