Неожиданно для женщины раздался тихий, не уверенный стук в дверь, а затем какой-то голос, слова которого было невозможно разобрать, словно его носитель пытался убедить самого себя в полной бессмысленности затеи. Особа, которая в этот момент была на небольшой кухоньке, перебирая мисками, слегка покосилась в том направлении и даже ничего не сказала.
Спустя какое-то время, минуту или две, раздался повторный стук, немного более уверенный. На мгновение, женщине даже стало интересно, кого же там боги принесли, а этого ощущения она не испытывала долгого времени, что зародило в ней некий страх. Она небольшими шажками подошла к двери, пару раз вдохнула, сердце её застучало сильнее, и она дёрнула на себя дверь.
Перед ней стоял молодой парень, лет двадцати-..., мрачный, печальный, с небольшим шрамом на правой брови, с мёртвыми глазами, потупленными в землю, и одетый в чёрный плащ с двумя мечами за спиной. Вокруг него крутились местные дети, которые что-то говорили, любовались на оружие парня, расспрашивали неожиданного гостя, и даже немного злились от того, что он не обращал на них внимание, а пытался проникнуть к какой-то странной старухе, которую местная ребятня в шутку называла "ведьмой".
На глазах у неё образовались небольшие капельки влаги, а сердце раскололось на мелкие кусочки, вызывая неимоверную боль и тоску.
Парень приподнял глаза, посмотрел в лицо женщины и тихо сказал.
- Мам, я дома.
* * *
[Зачем я всё это начал?! Зачем я сюда пришёл?! Мне и без этого разве жилось легко?!] - В голове билась мысль, пока я сидел напротив своей матери, которую не видел два, а может и три года.
- [Разве ты не хотел посмотреть ей в лицо, простить её за всё то, что она сделала и просто повидать её? Это, вроде как, должно было дать тебе дополнительных сил действовать дальше.] - В моей голове пробежался голос Олина, который видимо с некой радостью наблюдал за этой немой сценой.
Мы сидели друг напротив друга в небольшой столовой, в том самом доме, в котором я прожил своё детство. Дом, в который я бы никогда не захотел возвращаться, но что-то всё-таки сподвигнуло меня. Её руки тряслись, она плакала, даже не смотря на меня. А я даже не знаю, это плохо или хорошо.
Я попытался что-то произнести, но ком в моём горле не дал этого сделать.
Когда я всё-таки решился как-то исправить эту ситуацию, она заговорила.
- В-Вэйджи, прости меня. Я знаю, что ничего уже не вернёшь, ты имеешь полное право меня ненавидеть, но я всё-таки хочу извиниться. Ты ни в чём не виноват... Я просто не могла признаться самой себе, что всём случившемся есть моя вина. - Её слова звучали очень нежно, печально, но, словно, как удары. Удары молота по металлу в кузнеце, или добротные удары тюремщиков по торсу.
- Да... Я каждую ночь вижу всё-то, что было со мной в прошлом. - Глухо прозвучали мои слова. От части, это даже был не ответ на её вопрос, а констатация факта.
- Прости...А как там Вии? - Она утёрла глаза рукавом своего платья, решая изменить тему на гораздо более приятную. Она и даже не подозревая, нанесла самый сокрушительный удар, который только могла.
- Она... мертва...
- Пр...
- Хватит извиняться за всё! Что было, то прошло! Это не вернёт мне её, не вернёт нормального детства, не сделает из меня обычного человека, а не монстра! - Я подскочил, и отпнул стул, на котором сидел. - Прости. Просто мне действительно больно... Я потерял всё что только мог... но нашёл друзей и цель, к которой должен стремиться, не смотря на смерть. Ни свою, ни чужую. Я подумал, что встречать с тобой, поможет мне, но сейчас, я понимаю, как же мне больно. - Я подошёл к стене и упёрся в неё руками. Я чувствовал, что осколки моей души и сердца разрывались, а на глазах появились маленькие капельки слёз. - Меня разрывает изнутри, я понимаю, что никто из нас этого не заслужил, ни ты, ни... отец. Всё из-за меня! Моей "особенности", которая оборвала множество жизней.
- Что ты такое говоришь! - Слёзы из её глаз усилились, она попыталась встать, но я оборвал её действие своим высказыванием.
- Я Некромант. Последний некромант. Я целый год отсидел в Особой Тюрьме, пока не сбежал. - Чтобы подтвердить свои слова, я робко снял с руки перчатку, под которой красовалась ужасная метка, которая причиняла мне боль даже сейчас, - Я пробрался в Собор Великого Бога, чтобы узнать всю правду, а теперь я собираю свою армию, чтобы уничтожить церковь. - Я резко развернулся, расправив руки в разные стороны, - Как тебе такая правда?! - Из моих глаз текли небольшие слёзы, а от рук исходила тёмная дымка.
- ...
- Можешь ничего не говорить, я знаю, что сделал тебе очень больно из-за собственного эгоизма. - Я перестал испускать дымку, прислонился к стене спиной и скатился вдоль неё, сев на пол.
- Уничтожить церковь? Зачем? - С её уст сорвались всего три слова.
- Очень долгая история, а времени у меня немного. Я полагаю, что это в последний раз, когда мы увидимся с тобой. - Коротко ответил я, горько глянув на неё, но, по привычке, слегка оскалившись.
- Я уже один раз потеряла своего сына...
- Видимо потеряешь и второй, - Я поднялся на ноги и повернулся к ней спиной, медленно направляясь к выходу, где меня ждали мои проводники до Ущелья Планма. - Я абсолютно не уверен в своём пути, но, каждый раз, как бы не было трудно, мне приходится вставать. Такого ты сына породила...