<Что ты вообще такое?!>
- Ты действительно меня не помнишь? Ах точно, прости. Я уже и позабыл, что запечатал тебе некоторые воспоминания. – покачивая ногами, проговорила сущность.
- Запечатал? – Я вообще ничего не понимал, что происходит, что он говорит, что он от меня хочет…
- Да… Ладно, давай начнём с начала. – И слегка прокашлявшись, или просто сделав вид, что сделал это, он продолжил. – Меня зовут Олин, раньше я был «тёмным» богом этого мира, хотя и не совсем понимаю, почему я получил этот титул. – Поднеся свободную от яблока руку к месту, где должен быть подбородок, он вздохнул, после чего продолжил. – Видимо людям не особо нравились мои методы решения проблем. Но да ладно, не суть. Я был богом до поражения в битве с Аватарой Хаоса.
- Я уже слышал это имя от жрицы… Ты и есть… - немного сомневаясь, начал я.
- Вторая душа? Да, я тот, кого ты так яростно отрицал в своей голове.
- Что насчёт моих воспоминаний. Ты сказал, что запечатал их.
- Да, такое, действительно, было. Ладно, начну с самого начала. – Ухмыльнувшись и оставив в покое яблоко, начал он, - Мы с тобой уже встречались очень давно, когда ты был ещё совсем ребёнком. После нашей гибели, я нашёл тебя, как своего нового носителя, который сможет выполнить работу, с которой не справились мы с Нором. Сразу после твоего рождения я поместил в тебя свою душу, надеясь, занять твоё место, но твоя душа оказалась куда сильнее, чем мне показалось с самого начала. После чего я принял единственно верное решение, вырастить из тебя нового… себя, наделив своими силами. – Он немного затих, а в моей голове не укладывалось всё то, что он рассказывал, из-за чего, я сидел, сжав голову руками и молчал. – Ты что-нибудь знаешь о природных особенностях душ?
- Н-нет. – кротко ответил я. Олин лишь вздохнул после чего продолжил.
- Ладно, сейчас объясню. После нашего поражения, мы с Нором разделили наши души. Большую часть своей я вложил в тебя, а маленький осколок, я разделил между всеми людьми, чтобы они смогли продолжить своё существование. Именно эта маленькая долька внутри каждого человека и создаёт «особенности души». У каждого человека при рождении, есть своя маленькая особенность, предрасположенность к чему-либо. Ну, например, к рисованию или пению… Тоже самое и с душами. У каждой души, есть предрасположенность к определённому ремеслу, которое переносится из тела в тело. Только не каждый может найти её, загнивая в обычной рутине. У тебя, например, расположенность к Некромантии, из-за чего ты быстро познаёшь это ремесло. Многим мастерам призыва нежити, требовался не один год, чтобы научится оживлять одно тело, у тебя лишь пару месяцев. Помнишь случай с Вии… - Последние слова ударили по мне сильнее всего. – Только, проблема в другом. Ты не задумывался, почему ты только призываешь нежить, не видя душ людей, не управляя костями и кровью живых, а?
- Н-нет.
- Плохо. Вся твоя сила, например, так называемое тобой «Дыхание смерти» - это Энергия самой Бездны. Сила, которой я наделил тебя. Ну и не только я, есть ещё одна особа, которая заинтересовалась тобой совсем недавно, усиливая навыки. Но не суть, тебе ещё рано знать. Ты обладаешь двумя сильнейшими стихиями: некромантией и Бездной, даже с одной из них мастера своего дела не могут долго совладать, расплачиваясь за кратковременное могущество своими жизнями. Но и у тебя здесь есть свои минусы. Ты подсознательно отрекаешься от этих способностей, только усугубляя своё положение. Я про твои «побочные эффекты», как ты их называешь. Пока ты не перестанешь отрицать свои силы, они буду преследовать тебя всегда, проявляясь даже при малейшем контакте с этими силами. А под конец – уничтожат твою душу, а в следствии и тело.
Молчание наполнило комнату.
- А теперь к воспоминаниям. Думаю, мне будет проще «разблокировать» некоторые из них, чем что-то тебе объяснять, верно? – Очень ехидно произнёс Олин, после чего щёлкая пальцами. После этого, боль навалилась на меня, вырубая.
* * *
Темнеющий лес, такой весь тихий и таинственный. И лишь небольшая тропинка сопровождает меня, маленького мальчика, по нему.
Я иду, двигаясь к своей цели, к старой лесопилки, чтобы встретится с одним человеком, даже зная какую боль он мне принёс, я всё равно продолжаю тянутся к нему, словно мотылёк к открытому огню, знающий, что после этого короткого контакта я погибну. Но меня тянуло, и я не мог противится этому зову.
Шаг за шагом, я медленно приближался к старому домику, и вот я уже открываю старую, скрипучую, дверь и вижу его. Отец. Мой настоящий отец, который сидит за столом, в окружении множественных бутылок алкоголя, и зажимает руками голову.