Он делает ещё шаг. До меня остаётся полметра. Чувствую тепло его тела, запах дорогого парфюма, смешанный с вечерней прохладой. Это запах предателя.
— Красное тебе не идёт, — произносит он тихо и холодно. Взгляд скользит по моему лицу, затем по шее и останавливается на груди, вызывая мурашки. Я так остро ощущаю его присутствие, что, кажется, будто он прикасается ко мне руками. — И пьяная тем более.
Огромная, покрытая венами рука тянется ко мне. Она не касается моего лица или волос, а цепляет пальцем бретельку моего бюстгальтера. Тянет вниз, но я не дёргаюсь, а молча наблюдаю, что же будет дальше. Чашка тянется за бретелькой и... оголяет грудь.
Время останавливается. Дыхание прерывается, а на коже высыпают мурашки.
Его глаза темнеют ещё больше. В них плещется неприкрытое желание, но оно скрыто за толстым слоем презрения. Он смотрит на меня, как на вещь, сломанную и бесполезную, но всё ещё вызывающую какой-то болезненный интерес.
Не отрывая своего взгляда от моей груди, Артур медленно наклоняется. Чувствую его дыхание на своей коже, горячее и обжигающее, несмотря на ту ледяную отстранённость, которую он демонстрирует. Кажется, он хочет коснуться меня, но не позволяет себе этого. Это игра? Ещё одна пытка в его изощрённом репертуаре?
Стараюсь сохранить невозмутимое выражение лица, но внутри всё сжимается от боли и унижения. Хочу закричать, заплакать, убежать, но не могу сдвинуться с места. Я парализована его присутствием, его властью надо мной. Я его добыча, загнанная в угол.
Внезапно он выпрямляется. Его рука отпускает бретельку, и та болезненно впивается в моё плечо. Муженёк смотрит на меня сверху вниз, с таким выражением, словно я грязь под ногами.
— Иди спать, Камилла. Завтра поговорим, — произносит сухо, ровно и отступает на шаг, предоставляя мне пространство.
Я вижу всё: жёсткую складку на лбу, сжатые в тонкую линию губы и холодную решимость в синих глазах.
— Не хочу. Я буду праздновать всю ночь, — язык еле слушается, но стараюсь говорить правильно и не запинаться.
Его глаза сужаются, задумываясь над моими словами, явно анализируя дальнейшие действия.
— Иди. В свою. Комнату. — чеканит каждое слово негромко.
В голосе мужа слышится угроза, но меня уже не пронять. Алкоголь и обида образовали гремучую смесь, и я готова на всё. Даже на то, чтобы окончательно уничтожить то, что осталось между нами.
— А что ты мне сделаешь? — шепчу, подходя ближе. Чувствую, как бьётся его пульс, как напрягаются мышцы под тонкой тканью рубашки. — Накажешь?
Артур хватает мою руку, сжимая её до боли, а его глаза мечут молнии.
— Не испытывай моё терпение, Камилла, — рычит он.
Я усмехаюсь и хочу сделать то, о чём потом пожалею. Поднимаю руку и касаюсь пальцами его колючей щеки. Я тянусь на носочках к губам мужа, надеясь оставить на них свой след, как в этот миг раздаётся:
— Милый, ты скоро?
Глава 9
Камилла
Слова «Милый, ты скоро?» бьют по нервным окончаниям, моментально отрезвляют и въедаются под кожу смертельным ядом. Умирает всё, чувства, брак с Артуром и будущее с этим человеком.
Мне уже, кажется, я здесь чужая и это нем ой муж. Просто нечаянно заблудшая в первый попавшийся дом, вторгшись в чужую личную жизнь.
Во мне горит огромное желание впиться в лицо Артура ногтями и расцарапать эти чёртовы синие глаза, от которых я сходила с ума.
Я отталкиваю стоя́щего передо мной человека и отдаляюсь медленными шагами, а потом и вовсе иду медленными шагами. Куда иду сама не понимаю, но ноги на автомате несут прочь.
— Куда в таком виде? — мне в спину врезается низкий и строгий голос Артура.
— Не всё ли равно? У тебя сейчас другая забота, — мёртво отвечаю, не прекращая пути. Открываю дверь и выхожу в темень. Прохладный воздух моментально обжигает оголённую кожу. Я вдыхаю полные лёгкие свежий воздух, чувствуя некую облегчённость. Как бы я хотела раствориться в ночи и стать сверкающей звездой, освещая путь тем, кто в нём нуждается. Но это всего лишь моя мечта.
Босиком шагаю по ступеням парадной лестницы, вымощенной плиткой. Холод обжигает ступни, но я не обращаю внимания. Внутри меня пустота, чёрная дыра. Мне уже всё равно. Я хочу просто спокойствия и свободы. В груди такой штиль, что на мгновение становится хорошо.
— Вернись в дом! — Артур рычит, и его голос эхом разносится по ночной тишине. Останавливаюсь, но не оборачиваюсь. Слышу его тяжёлые шаги за спиной. Он догоняет меня и хватает за руку, разворачивая к себе. В его глазах бушует ураган.