Голос у папы был бодрым, и он старался шутить, как обычно. Но я чувствовала его усталость и беспокойство. Больше всего он переживал за меня и за кондитерскую. Но, естественно, отец не знает всю правду за последние недели. Я стараюсь его оградить от этого знания. Ещё не хватало, чтобы отца схватил приступ из-за последних событий. Это моя проблема и мне её решать. А отцу главное — поправить своё здоровье.
И, как назло, он спрашивал про Артура, с которым у него нормальные отношения. Естественно, папа не знает, что зять привёл в дом любовницу. И теперь дочери приходится жить под одной крышей с другой женщиной мужа. Пришлось немного приврать, сказав, что у нас всё хорошо и Артур очень занят на работе, поэтому не может поговорить с ним. Лишь бы отец поверил в мои слова. Каждый раз врать ему было всё сложнее и сложнее. Чувствую себя последней лицемеркой. Но как иначе?
Тоска по отцу разрывает, а ещё вдобавок на плечи давит невозможность навестить его.
— Камилла Ренатовна, — отвлекает меня от раздумий вошедшая в наш кабинет Вера. Бедненькой сегодня досталось, она бегала в теперь уже кабинет Гульназ раз двадцать за день. Будто та её просто мучила, постоянно заставляла разложить ей всё по полочкам. Но похоже, до Гульназ с первого раза не доходило. Казалось, любовница моего мужа просто издевалась над Верой. Но Вера держалась молодцом, не подавала виду, что ей тяжело. Но я видела, как она устала, как на её лице отражается напряжение. Она настоящий боец, и я горжусь ею. У меня нервы были уже на пределе, чтобы пойти и дать леща этой стерве, и поставить на место. Из-за множества бумаг у меня даже не было возможности выйти в цех, и проконтролировать процесс приготовления кондитерских изделий. И каждый раз себя успокаивала, что это теперь не моя протекция. Пусть этим занимается сама Гульназ. Кстати, я и к ней ни разу не зашла, хотя теперь моя обязанность здесь — это помочь разобраться с обязанностями в кондитерской.
— Да, Верочка, что случилось? — спрашиваю я, стараясь говорить мягко и спокойно. Сейчас ей нужна поддержка, а не упрёки или претензии. Она и так делает всё, что в её силах. И даже больше.
— Вас зовёт Артур Рашитович, — говорит Вера, опуская глаза. — Он ждёт вас в кабинете Гульназ Айдаровны. Говорит, что срочно.
Внутри меня всё сжимается от одного только упоминания его имени. Он же вроде бы уехал? Неужели опять вернулся? И мне опять придётся с ними ехать домой? Или он приехал, чтобы окончательно добить меня? Со злостью в сердце поворачиваюсь к двери и произношу, стараясь сохранить спокойствие в голосе:
— Подождёт.
У Веры глаза распахиваются, округляясь до больших размеров. Она нервничает и переживает. Но я с виду спокойна, стараясь не показывать свои истинное эмоциональное состояние.
Выключаю свой компьютер. Пробираюсь на рабочем столе, раскладывая канцелярию по местам. Вера же вся не своя, переминаясь у моего стола с ноги на ногу. Я понимаю, что заставляю свою помощницу нервничать, но я не дам Артуру возможность, командовать надо мной.
Собравшись, я встаю из-за стола и направляюсь к двери. Вера следует за мной, как тень, не решаясь что-либо сказать. Я останавливаюсь и кладу руку ей на плечо.
— Всё хорошо, Вера. Не волнуйся. Просто нужно показать ему, кто здесь принимает решения. Сейчас.
Захожу без стука. Смотрю на своего мужа, удобно расположившегося в кресле руководителя. На столе разбросаны какие-то бумаги. Гульназ нигде не видно. Он смотрит на меня нахмуренными глазами.
Он меня бесит. Ненавижу его.
— Зачем звал? — спрашиваю я, стараясь говорить ровно, но в моём голосе всё равно проскальзывают нотки раздражения. — У меня, вообще-то, рабочий день закончился.
Артур встаёт и, обходя стол, приближается ко мне. Я не отступаю, смотрю ему прямо в глаза. Он останавливается в шаге от меня.
— Хочу поговорить о твоих обязанностях.
Я выгибаю одну бровь, немного удивившись ответом мужа.
— Ну и? – подталкиваю к дальнейшему разговору. Но Артур молчит, продолжая сверлить меня взглядом.
— Гульназ сказала, что ты так и не приложила усилий, чтобы ей помочь.
— О-о, а мы ещё жалуемся? — ухмыляюсь, показывая своё отношение к этой девице.
— Я позвал тебя не для того, чтобы ты озвучила своё мнение, — жёстко отвечает. — По итогу первого рабочего дня пройдут изменения в кондитерской. И эти изменения будут зависеть от твоего отношения к моей жене. Если ты пренебрегаешь своими обязанностями, тогда с сегодняшнего дня будет уволен один сотрудник. Пренебрегаешь завтра, и то же самое случится с другим работником.