Я ведь всё утро репетировала извинения, а сейчас и двух слов связать не получается.
Древесный аромат его парфюма забивает легкие, и я расслабляюсь, даже плыву. Уж очень запах приятный и ему подходит.
Аура у Плесецкого обманчиво спокойная, но я не заблуждаюсь. Знаю, что когда нужно, он может проявить жесткость в ответ на агрессию. Не тушуется в стрессовых ситуациях и знает, как себя вести в экстренных. Другого склада характера люди в большом бизнесе не задерживаются.
– Так и что, Дилара?
– Что?
– Вы хотели за что-то извиниться.
Его губы слегка дергаются в полуулыбке, но вид у него при этом остается напряженный. Плечи под рубашкой массивные, аж мускулы выделяются. Он задумчив и явно чем-то озабочен, но при этом ни голосом, ни выражением глаз не выдает своего внутреннего состояния. Такое самообладание вызывает уважение.
Я вот так не могу. Если в растрепанных чувствах, то все об этом сразу узнают. Я ведь начинаю дергаться и огрызаться, не в силах сдержать переполняющие меня эмоции, особенно если они негативные.
Может, это от того, что я женщина?
Впрочем, Саид тот же не умеет себя сдерживать, сразу начинает рычать, орать, кидаться, чуть что не по его или не так, как он приказал. Просто не привык, когда что-то идет не так, как он запланировал.
Макар же явно другой. Всегда просчитывает ходы наперед, оценивает возможные риски и последствия.
Они как инь и янь. Противоположности, которые создают такой контраст, что он явно виден. Холодный разум против вспыльчивой натуры.
Морщусь, когда невольно вспоминаю о бывшем муже. И когда уже перестану всех сравнивать с ним?
– А вот этого не надо, Дилара, я этого не потерплю! – жестко произносит Макар, заставив меня удивленно замереть. Неужели я это вслух сказала?
Он и до этого не казался мне пай-мальчиком, а с этим тоном и подавно не оставляет сомнений, что этот мужчина привык приказывать и подчинять. Никаких полумер.
– О чем вы? Я же не успела ничего сказать.
– У вас всё на лице написано. Вы как открытая книга, Дилара. Повторю один раз и только. Когда говорите со мной, думать вы можете только обо мне. Никаких бывших мужей и прочих мужчин. Ясно?
Поджав губы, некоторое время молчу. Он ведет себя слегка неадекватно. Не понимаю, чего добивается и почему вдруг так реагирует. Мы вообще едва знакомы, а он уже условия мне выставляет.
Так и хочется сказать ему, чтобы остановил машину и высадил меня на дороге, но я делаю пару глубоких вдохов и уговариваю себя не горячиться. В последнее время совсем не контролирую себя, готова взорваться на ровном месте. Совсем на меня такое поведение не похоже, но я пока не способна его проанализировать. Разобраться бы с тем, что в моей жизни происходит, не то что с эмоциями.
– Я о бывшем муже и хотела с вами поговорить, Макар. Извиниться за то, что вчера произошло. Я не думала, что Саид вот так может заявиться и испортить нам утро. Думала, он хотя бы предупредит о своем визите заранее.
Некоторое время в салоне царит тишина.
Макар хмуро поглядывает вперед на дорогу, я же пытаюсь понять, что у него сейчас на уме. Ведет он себя по меньшей мере странно. Будто не просто отец мальчика, который по случайности ходит в тот же сад, что и моя дочь, а мужчина, которому я уже успела пообещать больше, чем просто общение.
– Давно вы разведены? – следует от него вдруг вопрос.
Мне бы осадить его и сказать, что это не его дело, но я неожиданно не злюсь. Охотно делюсь с ним.
– Полгода как.
– Часто видитесь?
– Вчера впервые после развода.
– Играете?
– Что? – переспрашиваю с недоумением.
Макар останавливается на перекрестке, когда загорается красный, переводит холодный взгляд на меня.
– Ваш бывший ведет себя не как бывший. Скорее, как настоящий и будущий. Для чего вы развелись? Хотели заставить его плясать под вашу дудку?
Он будто вымещает на мне злость, и я стискиваю ладони в кулаки, ощущая себя так, будто он залепил мне пощечину. Необоснованно причем.
– Что вы себе позволяете? Не делайте вид, что знаете меня и мои помыслы, Макар, – цежу я сквозь зубы. Не намерена терпеть оскорбления от малознакомого мужчины. – Это совершенно не ваше дело, почему я развелась и какие отношения меня связывают с бывшим мужем.
– То есть, все-таки отношения есть? – усмехается он и прищуривается как-то зло, даже бровь будто дергается.
– Остановите машину! – кричу я и дергаю нервно за ручку двери. Она не поддается. Видимо, он заблокировал ее сразу, как я села.
– На мосту остановка запрещена.
– Значит, сразу после! Я не намерена выслушивать ваши претензии! Я извинилась перед вами, и на этом всё! Немедленно выпустите меня! – снова кричу я, когда мы проезжаем мост, а машина продолжает уверенно двигаться вперед.