– Дилара – моя женщина. С этого момента все коммуникации через меня. Я ясно выразился или тебе по-другому втолковать, что к чему?
Макар даже голос ни разу на Саида не повысил и говорит четко, уверенно, без гнева, что мне это весьма импонирует.
– Дилара – моя жена, так что не лезь в чужую семью, Плесецкий!
Саид, видимо, уже осведомлен, кто перед ним стоит, поэтому и не нападет. А раньше, стоило ему меня приревновать, он сразу же кулаками размахивать лез. Удивительно, как влияет на его поведение чужая репутация.
– Я тебе не жена, – снова пищу я, на этот раз из-за спины Макара. В этот раз он не говорит мне идти за стол, и я ему за это благодарна.
– Мы разведены только на бумаха, Дилара, но ты забыла, что у нас не расторгнут никах, – издевательски протягивает Саид и ухмыляется победно, явно не сомневается, что для это имеет огромное значение. – Штамп в паспорте поставить не проблема, а вот что скажет твоя семья, что ты шляешься при живом муже по чужим рукам…
Ему не дают договорить. Гордей одной фразой заставляет его заткнуться.
– За языком следи, пока его тебе не укоротили.
Не знаю, почему, но Саид бледнеет, но я как-то не акцентирую на этом внимание после, взбудораженная тем, что он сказал до этого. Ведь я и правда забыла про никах.
– Я… – сглотнув, выдавливаю из себя, словно затравленный зверек, настолько я растеряна. – Тогда я требую расторжение никаха!
– Я расторгну никах за сто миллионов, – злобно говорит Саид, уверенный в том, что я такой суммы не найду. Вот только не подозревает, что зря открыл свой рот.
Глава 38
Все эти дни у меня никак не выходит из головы условие, которое выставил Саид.
Сто миллионов за расторжение нашего никаха. Немыслимая, неподъемная для меня сумма, которую я никогда не смогу собрать.
– Я могу заплатить ему при свидетелям, Дилара, никто его за язык не тянул, – предлагает мне после Макар. – Я бы предпочел молча заплатить ему, но не хочу делать что-то за твоей спиной. Прямолинейность и честность, помнишь?
Я благодарна ему за то, что он не стал этого делать в обход моего согласия, так что отрицательно качаю головой, а сама при этом чувствую благодарность к Плесецкому.
– Это слишком большая сумма, Макар. Не хочу тебя утруждать.
– Никакой проблемы для меня нет, Дилара. Не обеднею. Человек я достаточно состоятельный, так что эта сумма не нанесет особого ущерба для моего кошелька. В любом случае, для меня этот никах не имеет никакого значения, но если ты переживаешь из-за мнения своей семьи, я в любой момент могу заплатить Саиду, избавившись от этой проблемы.
Я колеблюсь где-то с минуту, а затем решаю ему открыться.
– Мнение семьи с некоторых пор меня мало волнует, Макар.
Не знаю, почему, но рассказываю ему то, что произошло за последние полгода, включая и причину развода с Саидом. Отчего-то кажется, что о многом он уже в курсе, ведь у него есть на меня досье, но вижу, что его взгляд меняется. Он благодарен мне за то, что я поделилась с ним личным.
– Хочешь, я найду твоих биологических родителей?
Не даю сразу ответ, тоже размышляю.
– Давай вернемся к этому разговору позже, Макар? Я пока не готова дать свой ответ. Сама не знаю, нужно ли мне это.
– Боишься?
– Да. Вдруг они… еще хуже… Мама говорила, что они алкоголики.
– Не всем стоит верить на слово. Одно твое “да”, и я снаряжу своих людей начать копать в этом направлении.
Не знаю, почему, но эта встреча с Саидой становится переломной в нашем общении с Макаром. Я как-то расслабляюсь с ним и перестаю подозревать во всех смертных грехах, позволяю себе плыть по течению и просто принимать ухаживания Макара, не думая о том, что будет после.
Стараюсь просто выбросить из головы любые свои установки, по которым могла бы назвать тысячу и одну причину, почему нам с ним не стоит быть вместе.
Конечно, на работе в офисе мы общаемся строго на вы и в рамках делового общения, что меня устраивает, так что никто там и не подозревает, что у нас с Плесецким намечаются отношения.
Каждое утро при этом они с Гордеем заезжают за мной и Аминой, словно мы семья. Поначалу я пыталась уговорить его высаживать нас за остановку до детского сада, чтобы нас не видели вместе, но стоило ему взглянуть на меня ироничным взглядом, как все слова застревали в горле.
Амина тоже была насторожена в первые дни, но постепенно привыкла, и они с Гордеем даже стали по дороге вместе смотреть мультики. Они одного возраста, так что и вкусы пока у них совпадают.