— Девчачье развлечение, — проворчал брат и получил от меня щелбан по носу. — Анька!
— Что? Ты скоро совсем вырастишь и будешь меня игнорировать.
— Не, буду. Скорей ты замуж выйдешь и уедешь.
— Ну да, ну да. Если бы батюшка хотел, выдал бы меня ещё лет в семнадцать замуж, а то и раньше. И мой первенец мог бы быть твоим ровесником.
Марк поморщился. Было смешно на него смотреть. Обняла его двумя руками и затащила к себе на колени. Он не стал отбиваться и упираться, как делал это раньше, сразу обнял меня двумя руками за шею.
— Не исчезай, — сказал он тихо.
— Постараюсь, малыш.
Может, Марк и умный ребёнок, но он всё же ещё просто ребёнок. Чувствуется, что он переживал из-за меня.
— Я хочу на рыбалку пойти. Папа разрешил в нашем пруду рыбу половить, и потом её на ужин приготовят.
— О, я тоже с удовольствием пойду. Как минимум посмотрю, а то и попробую! Разрешишь?
— Да! — столько радости у ребёнка. — Пошли сейчас!
Мы и пошли. Мужчина в возрасте, что присматривал за нашим прудом и разводил рыбу, выдал нам всем удочки, даже троркам. Потом объяснил, как наживлять на крючок наживку, закидывать в воду и следить за клевом. Первым клюнуло у Марка — сколько радости и восторга! Слуга помог ему вытащить его улов. На крючок попалась крупная рыбина. Название сказали, но оно в моей голове не задержалось. Потому что клюнуло у меня, и я едва удочки не лишилась, так как рыбина её потащила. Мне помог Мэтью, а потом и слуга сачком выловил уже мою рыбину.
— О, госпожа, вы поймали хищную рыбину. Видимо, на крючок попалась рыбешка, и её поймала эта щука.
— Я, кажется, наловилась рыбы. Готова просто наблюдать.
Мне принесли кресло для улицы, и я с удовольствием наблюдала за мужчинами. Брат часто смотрел, что я на месте. Что же ему там сказали, что он так переживает? Рядом поставили ещё кресло, и к нам присоединилась мама.
— Мама! — пискнул радостно Марк. — Я поймал уже две рыбины! А Аня большую щуку поймала и испугалась!
Мама улыбнулась и поймала мою руку в свои ладони, бережно погладила мои руки. Мы с удовольствием понаблюдали за довольным ребёнком. И когда он наловился, ушли в замок. Часть рыбы была выпущена, а самая крупная была передана на кухню.
Глава 6
Спустя месяц — нужно отметить, достаточно спокойный — мне пришло приглашение посетить столицу империи. Отец нахмурился, потому что в сообщении говорилось только про меня одну. Мэтью с друзьями меня будут сопровождать и просили с собой даже служанку не брать. А охраной выступят трорки — сначала пятёрка, что была у нас, а потом нас встретит ещё охрана, но чисто номинальная, уже в самой столице, для сопровождения.
— Поедешь в карете, или как минимум часть дороги — в карете. И да, бери Грома с собой, достойный конь.
Отец ещё и проследил, чтобы я взяла с собой лучшие свои платья и украшения. Вещей получилось немало, благо всё поместилось на верх кареты. Я сразу ехала верхом, в женском седле, и благодаря этому мы могли ехать быстрее.
— Не люблю в карете трястись, — призналась Мэтью по дороге.
— Их мало кто любит, — улыбнулся мужчина.
Через пару часов поймала на себе одобрительный взгляд от целителя Ленга.
— Вы хорошо держитесь в седле. Удивительно видеть, как вы изменились.
— Да, это нечто невероятное, — сказал Талин воодушевлённо, — когда мы вас увидели, вы были совершенно другой.
— Думаю, не стоит сильно распространяться о тех изменениях, которые претерпела Анна, — сказал Мэтью друзьям.
— И как ты это скроешь? То, что она умерла, видели очень многие существа. Много кто может сказать, что это тёмное колдовство.
Хохотнула, мужчины посмотрели на меня с непониманием.
— Тёмное колдовство хотя бы можно повторить, потому что это подразумевает какой-то ритуал. Но что-то я сомневаюсь, что кто-то захочет повторить мой путь. Потому что не факт, что не уйдут на перерождение. Потому что я тогда попрощалась с жизнью.
— У тебя есть мысли, почему тебя вернули?
— Возможно, потому что вся эта ситуация была несправедлива? Но разве это единичный случай, когда казнят невиновного? И ведь неизвестно, были ли подобные случаи возвращения. Даже если были, вряд ли они вернулись домой, как я. Одно я точно поняла — была слишком наивной и верила в то, чего нет.
— О чём ты? — спросил, нахмурившись, Мэтью.
— Я идеализировала трорков.
Все пятеро так смутились и не знали, что мне на это ответить. На вожжах в карете был Генри, и он ловко управлял четвёркой лошадей, запряжённых в карету. К ночи стали проезжать дикое поле с разнотравьем, а на его краю было какое-то строение, от которого с расстояния ощущалась гнетущая тёмная энергетика. Мы проехали мимо, не останавливаясь. За делали день всего одну остановку, чтобы дать отдохнуть лошадям и самим немного размяться и перекусить.