Зайдя в свои комнаты, поняла, что Мари тут нет. Мэтью поцеловал мне руку и откланялся. Посмотрев в окно, поняла, что уже вечер. Сколько же мы гуляли? Да и, собственно, ужин в котором часу был? Сплошные вопросы.
Сама сняла платье и решила сполоснуться. Полотенца были заменены, и уборку сделали хорошо. Смогла расслабиться в ванне теплой воды. Потом, обсушившись полотенцем, завернулась в халат и вышла в спальню. Откинув одеяло на кровати, замерла в шоке — на простыне блестели мелкие осколки стекла.
— Как это понимать? Они думают, я такая дура, что не замечу?
Позвонила в магический колокольчик, но даже спустя четверть часа никто не пришел. Я оделась и пошла к жениху. Мэтью, к счастью, был у себя. И, видимо, я отвлекла его от банных процедур.
— Что-то случилось?
— Да. Кто-то поступил очень подло, и я не могу вызвать слуг. Никто не пришел.
— Понял.
Он взял свой колокольчик и подал мне в руки. Я потрясла его, и мы стали ждать вместе. Но тоже никто не пришел. Жених нахмурился, сам потряс колокольчик. Теперь слуги прибежали через несколько секунд.
— Старшую над слугами ко мне живо! Сейчас полетят ваши головы!
Служанка, прибежавшая к принцу, едва не упала на колени и, спотыкаясь, убежала. Кастелянша прибежала через пару минут с управляющим.
— Господин! Что случилось? — спросил управляющий.
Я в это время была у себя в комнате. Мы, пока ждали слуг по моему зову, заходили ко мне в спальню, и я успела показать Мэтью проблему.
— Почему никто не откликнулся на зов колокольчика, когда вызывала моя невеста?
— Видимо, ее колокольчик поломался.
— А когда она вызывала с моего? Когда я в него позвонил — прибежали сразу, а когда она перед этим звонила — ни одна падла не пошевелилась! Но это еще не самое страшное. За покушение на члена императорской семьи полагается смертная казнь. Анна уже часть моей семьи, а значит, за покушение на нее тоже лишат головы.
Слуги побледнели и начали трястись.
— Господин, мы не слышали колокольчик! Возможно, кто-то испортил артефакты и сделал так, чтобы они в ее руках не работали.
— Заходите в ее спальню.
Я стояла возле окна и ждала их. Показала жестом на простыню. Когда старшая над слугами и управляющий увидели стекло, побледнели.
— Я накажу служанку, что должна следить за комнатой.
— А толку? Где гарантия, что это она сделала? И где гарантия, что там, в матрасе, нет чего похуже?
Мэтью сходил к себе в комнату и через минуту вернулся с переговорным артефактом.
— Я вызвал Никса, пусть расследует. Вызвать слуг, что отвечают за эту комнату, пока тут жила чужачка. И я хочу знать, кто вам позволил селить в этой комнате постороннюю? Потому что я подозреваю, что она кому-то из слуг могла заплатить за пакость.
— Как ее звали? — спросила тихо.
Слуги поняли, о ком я, и тихо ответили:
— Алиса Майкарх, дочь графа Майкарха.
— Который артефактор? — спросил холодно Мэтью. — Надеюсь, он еще не покинул замок?
— Нет, господин, его вызвал лично император.
— Где его поселили?
— Господина Майкарха поселили в гостевом крыле.
— Кто вас попросил поселить Алису здесь? Не верю, что без вашего участия обошлось.
Управляющий бросил злой взгляд на кастеляншу, та виновато призналась:
— Она утверждала, что ваша помолвка — дело уже решенное, и вот-вот будет объявлено о ней.
— О, боже, какая тупость! — проворчал Мэтью. — И вы поверили?
— Ваша милость, как я могла сомневаться в словах аристократки?! Меня бы на конюшне выдрали.
— Еще могут выдрать, — бросил Мэтью. — На будущее — улыбайтесь, соглашайтесь и селите в гостевом крыле. А после — немедленно докладываете. Ясно?
— Да, ваше высочество.
Кажется, они расслабились и решили, что кара их миновала. Никс прибыл через полчаса со своими подчиненными. Те молча осмотрели простынь и распотрошили матрас, подушки с одеялом. В матрасе нашли еще много иголок, которые ранили бы меня, убери мы простынь с осколками. А на иглах еще был яд. Мужчины заметили, что я злюсь, и всполохи огня пробегают по моим волосам.
— Всю постель уберут. Комнату исследуют.
— Анна, нужно, чтобы и твои личные вещи осторожно проверили, — в них тоже могли гадость подложить.
Кивнула, поняв, что сказочно повезло переодеться после ванной и не пострадать. И сейчас на мне было простое домашнее платье — как раз для того, чтобы быть у себя в комнате. И правда, в моих нарядных платьях нашлись отравленные иглы. А украшения, что я взяла с собой, были смазаны ядом.
— Спокойно, — сказал Мэтью, обнимая меня за талию. — Трой узнает, кто это сделал, и он или они поплатятся. Сегодня переночуешь у меня, я тебя не трону.