Император за завтраком наблюдал за моим задумчивым и не радостным лицом. Дедушка Мэтью тоже сидел безрадостный и даже сердитый, мать жениха переводила недоумённый взгляд по очереди с одного родственника на другой.
— Мне кто-то скажет, что произошло?
— Крысы, — сказал дедушка, — в нашем окружении.
— Пф, нашли чем удивить. До меня дошли слухи, что в комнате Анны нашли много отравленных игл.
— И яд в косметике, — сказала спокойно, — а ещё украли мой дневник. Хорошо, что мы с Мэтью успели всё запатентовать.
— Слуг стоит уволить, тех, кто такую гадость подкидывал.
— Уже, — сказал дедушка, — с позором выгнал. Остались только родовитые крысы, что своих слуг подсылали. Одну крысу вчера детки поймали. Посидит пока у замка, пока я не передумаю его отпускать.
— Да, пап, ты страшен в гневе.
Старый император рассмеялся.
— До меня дошли слухи, что наша дорогая невестка страшнее. Чуть что — воспламеняется и вчера едва не подожгла одного гаденыша.
— Всего лишь воспламеняюсь, ещё никого не покалечила. Но если опять кто напакостит, не факт, что сдержусь. А то в следующий раз наложу менее безобидное проклятие, и сыпью не отделаются.
— А Клариса, неужели тоже причастна? — спросила мама.
— Нет, её просто отравили, — сказала спокойно.
После завтрака получила переговорный артефакт и смогла наконец-то пообщаться с отцом. Было приятно услышать его голос и голос матери. У них и правда всё было хорошо, и это радовало и успокаивало. Я им сообщила, что запатентовала свои разработки.
— Молодец, дочка, это правильно. Я теперь через патентное бюро смогу получить твои записи по заклинаниям и передать своим подданным для работы с полями. Как у тебя дела с Мэтью? — спросил отец с намёком.
— Он сделал мне предложение. Мы помолвлены.
— Когда свадьба?
— Не знаю.
— Он одел тебе их родовой браслет?
— Да.
— Хорошо. Значит, где-то через год будет свадьба. Обычно после помолвки проходит год, иногда полтора или два. Только если вы раньше наследника не сделаете.
— Папа! — воскликнула и тихо добавила — мы ещё ничего не делали!
— Понял, порадовали детки. Это правильно!
После разговора с отцом отпустила ситуацию с похищением дневника. Думаю, люди Никса разберутся или другие службы правопорядка. Стоит задуматься о той темной области в центре леса. Размышляя об этом, вышла во двор. Ко мне сразу кинулись собаки. Сразу присела, подхватила на руки щенка. Малыш чуть-чуть подрос, он хотел меня облизать. Поцеловала проказника в мокрый носик и погладила по головке. Потом опустила на землю и погладила его родителей.
При этом я заметила, что пока я гладила кого-то одного из них, другая собака прикрывала мне спину, никому не позволяя подойти ко мне незамеченым. Заметила, как они завиляли хвостами. Повернувшись, увидела жениха.
— С трудом нашёл тебя, — улыбнулся Мэтью. — Как родители?
— Всё хорошо. Нужно прокатиться к той темной области, но так, чтобы не привлекать к себе внимания.
— Да, согласен. Возьму с нами ещё двоих ребят и соберём с собой еды нормально в запас. И в этот раз лучше взять с собой этих красавцев.
— А как же их малыш?
Рядом послышался басовитый мяв.
— Рик, — улыбнулась.
Мой кот подошёл спокойно к громадным собакам, бесстрашный он у меня. Собаки его понюхали и лизнули по холке. А щенок стал прыгать и радостно тявкать, словно что-то рассказывает ему.
— Рик, присмотришь за малышом?
— Аня, тебе стоит дать щенку имя, а то малыш приживётся и будут его даже во взрослом возрасте звать малыш.
— Гор, будешь Гор, — сказала щенку.
— Гром, Гор и Рик, — проговорил Мэтью. — Гор, ты с Риком остаёшься.
Перед тем как одевать свой костюм для верховой езды, я его тщательно проверила и чуть ли не обнюхала. Лариса, видя это, только вздыхала и ворчала.
— Я его лично чистила, и никто его и пальцем не трогал.
— Хорошо. Ты перенесла мои вещи к Мэтью?
— Частично. Не стоит, чтобы в глаза бросалось, что вы полностью переехали. Если позволите, буду в ваших комнатах смотреть, кто ещё сунется.
— Хорошо. Но будь осторожна. Тех, кто пакостил, уволили. Может, никто и не сунется. Брать у меня уже нечего.
— А вдруг опять кто захочет гадость подкинуть? Я лучше посижу, покараулю.
— Хорошо.
Переоделась в костюм для верховой езды, повинуясь внутреннему чутью, сложила с собой запасные штаны, рубаху и нижнее бельё. И несколько отрезов ткани, иголки с нитками и ножницы, а потом и походный кинжал. Также в сумку отправила немного разных денег и украшений. Кто бы спросил зачем — сейчас не смогу ответить. Лучше пусть не пригодиться, чем на оборот.