— У меня к тебе серьезный разговор, — очень тихо сказал Макс, рассеянно смотря вперед. — Гвардия вновь звонила. Говорят, если тебя завтра не будет в Универе, то мы трупы. Конечно, они выразились более корректно, но мысль одна и та же.
Мне словно дали под дых. Воздух закончился в моих легких, и я закашлялась. Завтра. Я не готова к этой встрече. В моей душе все рухнуло.
Макс сочувственно смотрел на меня и в его глазах, как обычно, было много эмоций. Его это известие тоже не радует.
— Ты…ты поедешь со мной? — прошептала я испуганно, сомневаясь, стоит ли вообще задавать этот вопрос. — Не оставишь меня там?
— Ты хоть и вредная, однако нет, я не допущу, чтобы Гвардия выиграла, — рассмеялся он, и я шутливо толкнула его в бок. — Не хочу пропустить все веселье. Мы выедем вечером, так что у тебя есть целый день, чтобы морально подготовиться. Тебе там нечего бояться, я рядом буду, ребята там тоже хорошие есть. Все пройдет отлично.
Я кивнула и тут же с ужасом осознала, что мне придется провести несколько часов наедине с ним. Почувствовала, что краснею, а Макс усмехается этому. Хотелось мне сохранить бесстрастное выражение лица, а то слишком много этот нарцисс подкалывает меня по этому поводу.
— Стесняешься меня? — он весело улыбнулся и в его глазах появились искорки любопытства. — Хотя, что я спрашиваю, это обычная реакция девушек.
Я стукнула его по голове и пошла вперед, становясь наравне с Настей и Женей.
— Больше не оставляйте меня с этим гадом, — я гневно уставилась на Настю, которая ответила мне милой улыбки ангела. Проблема в том, что Настя далеко не ангел.
Увидев на лице блондинки вину, я махнула рукой, мол, прощаю тебя. Максим подошел с другой стороны и теперь шел рядом с Настей, а я с Женей. Как вот он может так легко вывести меня из себя? Во всем виновата его самовлюбленность. Все мозги ему проела.
Ребята продолжили разговор, а я смотрела на красивый вид нашего тренировочного поля. Трава удивительного зеленого цвета и просто светилась жизнью. Возможно, этому поспособствовала Рита. Справа находилась дорога, на которой ездило уже немало машин, хотя было еще очень рано. И куда можно ехать в такую рань?
— Что случилось-то? — вдруг шепотом спросил Женя, и я вздрогнула, обратив свой взор на озадаченного оборотня. — У тебя грустный вид.
Мои губы расплылись в улыбке, и я по-доброму на него взглянула. Приятно, когда о тебе волнуются.
— Меня в Университет вызывают, — призналась я, и у оборотня расширились зрачки и в его глазах появилось сочувствие. — Я не грустная, просто волнуюсь. Понятия не имею, как меня там воспримут, тем более, когда тебя с таким рвением пытаются запихнуть туда.
— Не бойся, врединка, — весело проговорил Максим, видимо подслушал разговор. — Никто не посмеет тебя тронуть, ведь с тобой буду я, а я особо важная персона.
— Боюсь, одной своей самовлюбленностью ты меня защитить не сможешь, — ядовито ответила я, злясь. Кто дал ему права встревать в разговор? Тем более, если тебе там не рады.
— Почему-то только ты и говоришь о моей самовлюбленности! — стал заводиться Макс, обжигая меня взглядом зеленых глаз. — Знаешь, меня уже это не цепляет, можешь придумать другой способ, как бы вытащить из меня другие эмоции, — он зло усмехнулся, заметив мой удивленный взгляд. — Думаешь, я не догадался? Иди, ищи другого подопытного, я не участвую в таких экспериментах. И для чего я вообще взял на себя такую ответственность, если ты даже нормально ко мне относиться не можешь.
Его слова поразили меня. С горечью я поняла, что вот они эмоции, на которые я все пыталась вывести Градова. Обида и грусть в его глазах заставила меня опустить взгляд. Мигом захотелось перемотать время и не говорить таких слов. Оказывается, его задевали мои слова, но он умело скрывал это, прятался за насмешками. Я попыталась что-то сказать, но в горле стоял огромный ком. Что со мной такое случилось? Я же никогда не была такой злой, надоедливой и… вредной. Правильно, что Макс так меня называет. Но и сам он не идеален, презрение в его словах разозлили меня.
— С такими мыслями и характером ты никогда не найдешь свою настоящую любовь, так и будешь обходиться девушками на один вечер, — бросила ему я и побежала вниз по лестнице, к полю.
Глава 17
Перед тем, как убежать, я увидела его лицо. В его глазах отражалась такая боль, что у меня тут же болезненно сжалось сердце. Туда словно поместили что-то очень тяжелое, и теперь я, часто дыша, бежала со всех ног, подальше от всего, что произошло на тротуаре. Бежала быстро, не замечая ничего вокруг, и уже через минуту стояла около озера. Глаза защипало, и я потерла их пальцами, приказывая себе не плакать, но слез и так не было. Их просто не осталось, я выплакала весь свой запас уже давно.