Ал вдруг вспомнил странности игры, проявившиеся во Фронтовке и решил пройти сквозь дверь. Дверь была небольшой толщины, а потому делав всего два шага, Ал оказался на другой стороне. Что примечательно, он не почувствовал ничего проходя через крепкий материал.
Солдат оказался в большом, нет — огромном круглом зале. Посреди него стоял странный, на взгляд Ала, памятник. Различные детали вытянутой формы вращались вокруг овального кристалла, так напоминающего кристалл дэг, разве что был в четыре раза больше того, что Ал держал в руках. Вся эта конструкция носила фиолетовые, белые, темно-синие, серые цвета. Примечательно, что всё это висело в воздухе и вращалось будто бы само по себе.
Солдат, наверное, минуту следил за хаотичными движениями, пытаясь установить порядок, но так и не смог, а после махнул рукой на это дело и решил продолжить осмотр.
Над странным постаментом возвышался стеклянный купол, через который хорошо было видно ночное звездное небо. Зал освещался лампами холодного света, которые последнее время ассоциировались у него с одними лишь неприятностями.
Из зала вело двенадцать больших золотых дверей и только две из них были открыты, а из одной слышались неразборчивые голоса и, кажется крики.
Солдат бегом направился туда, а перед глазами почему-то встали сцены из Фроновки. Появление монстра, отчаянный взгляд Ветра, строгий голос его отца.
От дверей вела широкая лестница вниз. Ал бежал, перепрыгивая по три-четыре ступеньки.
Лестница привела его в очередной коридор, только вместо стен здесь были огромные витражные стекла по обе стороны, разделяемые колоннами.
Солдат видел за стеклами большие комнаты, в которых тренировались солдаты. Кто-то ловко управлялся с бластером, разнося цели с максимального расстояния одну за другой, несколько солдат парировали, сражались один на один, два на два, четыре на одного. Все в серой форме со шлемами, закрывающими половину лица.
Ал чувствовал, что ему следует бежать дальше, и он бежал, поглядывая по сторонам.
Тренировочные комнаты были разных размеров и разного назначения. Здесь стреляли из танков, аэрокатов, аэроциклов, ракет, а в шести залах подряд он видел сражения разных роботов, управляемых людьми. И далеко не все из них были в высоту безобидных семи метров.
Стекла гасили большую часть шума, а может и не стекла, а защитные поля, что едва различались за стеклом, но Алу было не до этого.
Он бежал, ища глазами знакомую фигуру. И нашёл.
Не большой красный зал, по сравнению с остальными. Там, за стеклом, находилось пять человек. Четыре подростка, одетые в серые балахоны, а над ними возвышалась грозная фигура их преподавателя в черном балахоне.
Ал впился взглядом в белобрысого мальчишку. Волосы, завязанные в конский хвост, длинной до лопаток. Парень стоял спиной к Алу перед мишенью в виде человека и с направленной на неё рукой. Руку пронзали многочисленные молнии, но заряд не хотел срываться с руки.
Ал легко прошёл через поле и спрыгнул вниз.
— ….ничтожество. Тринадцать кубиков эфириона, а ты не способен высвободить силу! Как ты можешь быть таким беспечным.
— Я старюсь учитель, — голос мальчишки был полон отчаянья.
— Ты не стараешься! Прав был советник, когда говорил, что ты ни на что не способен! Стой так, пока не сможешь высвободить заряд! Это твоё задание на сегодня! А вы за мной.
Преподаватель и его ученики быстрым шагом покинули помещение, а один единственный мальчишка остался стоять с вытянутой рукой напротив мишени.
Ал со стороны заметил, что едва двери за ушедшими закрылись, как на бледных щеках мальчишки потекли слезы. У Ала защемило в груди.
— Для начала тебе стоит расслабиться, — сказал он.
Парень вздрогнул и обернулся. В голубых, полных слез, глазах мальчишки сначала был страх, затем решительность, на смену которой пришли узнавание и изумление.
— Ты?!
— Я, — ответил Ал, подходя ближе. — Вижу, я опять в самый неподходящий момент попал, да?
Парень не ответил. Рука с молниями дрожала, и парнишка поддержал её второй рукой.
— На самом деле, выпускать заряд в мишень не сложно, особенно если эфириона в твоей крови очень и очень много. Достаточно просто этого захотеть, — Ал старался говорить как можно беспечней и уверенней.
— Сам попробуй, — обиженно фыркнул тот.
Ал пожал плечами, вытянул руку в сторону мишени. Вспомнил ощущения мощи, заключенной в руке. По ней тут же начали бегать заряды. А затем Ал легко выпустил заряды в мишень. Молния пронзила цель, пробежалась по ней и исчезла, не нанеся никакого вреда.