- Я и коридор смял? – не понял Максим. Но фигура продолжала движение, от чего с каждой секундой тяжело было удержать получившийся эффект.
- Максим, ты подумал о моём предложении? – как ни в чём не бывало, спросил Альбинос.
- Мой ответ – нет!
- Вась, а ты? – обратился противник к парню, ослабив хватку, и тот рухнул на колени.
- Да пошёл ты… - жадно глотая воздух, прошипел Василий, пытаясь справиться с чем-то таким, что ему сжимало горло.
- Зря, - спокойно заметил Альбинос. – А что если я возьму и устрою пытку вашему другу Андрею? А может лучше его с Ириной свести? Заложим ей зёрнышко любви к Андрею и вуаля!
- Ах ты тварь! – выплюнул Максим.
Он хотел было броситься на противника, но его резко повело назад.
- Куда ты меня тащишь? – возмутился Максим, когда понял, что его с лёгкостью оттаскивает Василий.
- Спасать Андрюху, - бросил Василий и швырнул друга в проделанную дыру.
Ухо потревожило басистое жужжание, будто вертолет кружил над взлётной площадкой, так и не получив команды на посадку. Ужасно «гудела» голова. Максим приоткрыл глаз, скосил его в сторону звука и увидел - стрекозу. Насекомое норовило приземлиться на ухо и похоже вообще залезть в него. Подлетев ближе, она зацепилась лапками за мочку уха, но сорвалась и после отлетала подальше, будто заметила, что человек подал признаки жизни.
Чем больше и обширней были намерения и действия, тем хуже чувствовал себя Максим. Тело было «ватным», будто пролежал в неудобном положении целую ночь. Что-то тяжко стали даваться даже чужие выкрутасы. Отмахнувшись от назойливого насекомого, он со стоном присел, осмотрелся. Захрустел позвоночник, в боку что-то кольнуло. Парень поморщился от боли.
Вокруг - высокая густая трава, которую давно никто не косил. Тот не большой кусок местности, что мог видеть человек, состоял из огромной растительности: лопухов, крапивы, у которой почему-то стебель имел ширину с два пальца и ко всему прочему, откуда-то сверху, на него валились те же растения, но с корнями. Он с удивлением посмотрел вверх, откуда прилетала зелень, осыпая его землей, но ничего не обнаружил – наверное, снова причуды сновидения. Не очень-то приятно, если «травопад» будет сопровождать всё это время, пока спит.
Максим только сейчас заметил, что находится один, от чего появились опасения за друга - вдруг что-то случилось и его, схватил Альбинос? Ведь что-то не было видно, чтобы Василий прыгнул за ним следом, может, остался задержать преследователя и попытаться отвести его подальше? А что, ума у него хватит. Но это были просто мысли, которые как паразиты уничтожали намеренность.
Желая уловить хотя бы один намёк на то, что друг рядом, Максим попытался высмотреть его в траве. Не получилось. В конце концов, это сон и стоило заострить внимание на обычной вещи, как сразу включалось воображение, и можно легко было втянуться в спор с собой. Это конечно помогло бы проснуться от обычного сновидения, но в осознанном, когда тебя держат, это лишь сбивало с толка.
Парень не понимал, почему не просыпается, ведь он всё ещё спит? Ведь они смогли убежать, но пробуждения не последовало. Вдруг необычайно громко, с левой стороны, послышалось движение. Что-то быстро и настойчиво двигалось к нему. В голову пробирались самые жуткие мысли, а именно: «Альбинос нашёл его! Возможно, он расправился с Василием и теперь пришёл за ним». Максиму чрезвычайно не хотелось попадать в «лапы чокнутого» с извращёнными методами расправы, но и на ум ничего толкового не приходило. Что он может сделать? И под рукой ничего нет. Паника подходила к своему пику. Нервы натянулись до предела. Было бы лучше, если Альбинос, во избежание разного рода осложнений для себя, «грохнул» его без всяких мук и желательно как-нибудь из-под тишка. Не хотелось выглядеть трусом.
Завидев, как совсем близко вздрогнул стебель крапивы, Максим, теша себя надеждами о побеге, отполз на полметра и снова затих. Сквозь зелёную траву, почти сливаясь с ней, на бывшее место расположения выполз Василий. Маскировка его была под стать местности: длинный плащ, словно состоял из одной травы, лицо разрисовано полосами зеленого цвета, а вокруг головы, будто корона - прижатые шнурком небольшие ветки куста. Передвигался гусиным шагом.
Максим с облегчением вздохнул – это не Альбинос. Если трезво подумать, то становилось даже смешно от осознания, что если бы «белый» преследовал, то явно не стал бы ползать в полуметровой траве, согнувшись в три погибели, а прошёлся во весь рост, выкашивая ботву, что естественно облегчило бы его поиски. Да правильно говорит народ: «у страха глаза велики».