- Если я начну экспериментировать, то я тебе не помощник в прикрытии, - Максим посмотрел на друга. – Нам и двоим не по силам то, с чем тебе придётся столкнуться одному.
- Я не один, - улыбнулся Василий, потирая дрожащие ладони и стараясь унять страх. – Со мной твои солдаты. Просто отвлекай от меня нападающих, сам понимаешь - терять уже нечего, Макс. Помощи ждать неоткуда, да и вообще, кто мог бы помочь? Надо хотя бы шанс поймать, для пробуждения. Либо мы их уделаем, ослабив на своём поле, либо мы подохнем.
- Оптимист хренов, - сплюнул Максим. – Тебе не страшно?
- Страшно.
Прозвучала протяжная сирена. Такое Василий видел только в старых фильмах про войну. Тогда вой предупреждал о воздушном нападении. Звук только набирал свою силу, а солдаты уже открыли огонь из всех орудий.
Закричали солдаты, тыча пальцами куда-то вперёд. Раздался писк, как если бы кричали дельфины в морских глубинах. На крышах толпами появлялись невиданные существа. А на солдат накинулся рой ползучих тварей, которые легко перепрыгнули через перекрытия, преодолели натиск огня и вошли в город, снося всё на своём пути.
Глава 16. Бартер. Часть 1
Поначалу Максим делал попытки командовать солдатами лично, но получалось плохо. В особо критические ситуации, а именно прорыв обороны, перед его взором мелькали вспышки, и он на короткое время мог наблюдать за происходящим глазами всех солдат. Чувствовал их страх. Собственный ужас, распределённый камуфлированными персонажами. Больше всего, пугало то, что разум не сможет выдержать стольких действий.
Неизвестность и новшество всегда приводило в дикий ужас человечество, а потому поглощённых в свои мысли изобретателей называли психопатами, а к новым открытиям относились с предельной осторожностью.
Мысли о новых ощущениях заполнили его голову, ведь такого он никогда не испытывал и не знал, как к ним относиться. В один миг, приходило понимание, как и что делать, будто всегда это знал, в другой – терялся, пытаясь уловить и понять данный механизм. Дикий вой существ наводило леденящий ужас, дезориентируя людей. Солдаты тоже приходили в смятение и их рвали на части прорвавшие оборону монстры. Они нападали со всех сторон, раскидывая части тел по всей территории.
Максим, с ужасом наблюдая кровавую картину, лихорадочно отдавал команды военным лично, вопя во всю глотку. В центр пробирался великан. Один из танков развернулся, наводя пушку на огромную цель. Выстрел. Снаряд тяжелого оружия вырвал плечо подходящему переростку. Его буквально развернуло от попадания, а рука свалилась на землю. Великан раскрыл рот в крике, его глотка извергала множество нестройных голосов. Округу пронзил стон тысячи страдающих людей.
Внезапно для себя, Максим заметил, что команды, какие отдавал военным, просто невозможно было услышать из-за навалившегося шума, а они ни кем не дублировались. Однако командир отдавал солдатам точно такие же приказы, какие пытался донести человек. И прекратив попытки перекричать оглушающую бомбёжку, мало-помалу переключился на мысленные команды. Получилось.
Тот восторг, что овладел парнем, нельзя было передать словами. Подобная радость, случалась у него в детстве, когда после нескольких столкновений с деревом и торможением коленями, он всё-таки научился кататься на велосипеде.
Воодушевившись открытыми способностями и, несмотря на бойню, он присел на асфальт и сосредоточился на внутреннем видении. Попытался медитировать, но так как понятия не имел, как это делается, сделал по своему: отключил внутренний диалог, оставив голову пустой, закрыл глаза и просто слушал.
Через некоторое время, он почувствовал местность. В закрытых глазах вспыхивали короткие движения, которые замирали и угасали сродни вспышки старого фотоаппарата. Он видел обрывки происходящего. Снова темнота. На какую-то секунду происходящее вспыхнуло глазами солдата. Обрывки, будто маленькие нарезанные видео с каждым разом учащались, следуя друг за другом новостной лентой и всё чаще время их просмотра увеличивалось. Тогда он пошёл на следующий шаг.
Поймав очередное видение солдата, сфокусировался на нём, следом подобрал другой фрагмент – вид из танка. Теперь надо было определить на каком расстоянии: солдат и танк находились друг от друга. Подчинённый сориентировался на местности, посмотрел на технику с центра. Дальше плетя вереницу образов и определяя их местоположения, он охватывал всё больше и больше участников сопротивления.
Стараясь удержать образы солдат и тяжелой техники, Максим воспроизводил в памяти каждый кусочек площади. Что бы сохранить достигнутый результат в управлении столь крупным войском и многочисленными единицами боевых машин. О том, чтобы попытаться понять, как у него удаётся, старался не думать. Просто делал.