В этот момент, Василий врезался в него. Максим упал рядом, пытаясь отдышаться. В опасной близости пролетел волк – у дверного проёма появились очередные куклы.
Сил хватило приблизиться вплотную и блокировать очередной удар.
Максим подхватил бревно и с размаху сломал его об голову Альбиноса. Секунда и они снова рядом с Дворцом культуры. Ребята обессилено лежали на асфальте.
Василий с трудом открыл глаза для того, чтобы увидеть тех существ, от которых отделил их всех Альбинос – они вернулись обратно. Около друзей, стояла Лиза, которая снова приобрела вид взрослой девушки, а рядом рычал огромный волк. Она потрёпанная, израненная воинственно смотрела куда-то вперёд - на них снова нападали.
Волк сорвался с места, а Лиза присела возле парней.
- Нет. Не делай этого, - тихо умолял Василий. – Прошу.
Но его слова остались без внимания.
- У меня в тумбочке найдёшь…
Взяв в свои руки руку Максима, она что-то начертила ему пальцем на ладони, после чего, взяла руку Василия и поднесла его руку к ладони друга. Прежде, чем потеряться в темноте, он услышал дикий вой. Увидел красивое лицо Лизы – она улыбалась ему, но как-то тоскливо и обречённо, будто прощалась. Позади неё, появились страшные морды, в стороне мелькнуло что-то белое.
Василий как мантру повторял одни и те же слова... раздался щелчок. Темнота.
- Я останусь! – дёрнулся Василий на кровати.
И от испуга даже приподнялся на колени, скидывая одеяло, но потом снова повалился. Хлюпнуло. Подушка была сырой, в темноте не разглядеть, но от неприятного ощущения, у Василия пробежали мурашки по телу. Дверь открылась. Что-то, бормоча, к кровати спешно подошла девушка. Перевернув парня на спину, она закинула ему в рот что-то мягкое. Защекотало немного язык. На вопросительный взгляд, девушка взволновано ответила:
- Это цветок зверобоя, прожуй.
Зачем жевать цветок, он так и не понял, но сделал, как ему велели. Немного пожевав, выплюнул горький комок прямо на пол. Тело, хоть и вяло, снова слушалось и первое, что он сделал - посмотрел на лежащую рядом Лизу. Шторы были открыты и, похоже, светало. В лунном свете, заметил, как её рука лежала под его подушкой.
Сновидение казалось настолько убедительным, что реальный относительно спокойный мир никак не хотел укладываться в голове. Почему-то казалось, что это не конец, более того – начало.
- Сколько сейчас времени? – заплетающимся языком спросил он. Бескостный орган был тяжёлым и плохо слушался.
- Половина четвёртого, - не задумываясь, ответила Вика, засовывая в рот сестре такой же цветок. – Что у вас произошло? У тебя вся подушка в крови, - ответила Вика, кивнув головой на названный мягкий спальный атрибут. – Максим вообще умудрился высосать энергию из Маши.
- Что с ним? Он очнулся? – испуганно спросил Василий.
- Нормально, жить будет, - бросила Вика, после чего нервно покосилась на сестру.
- А Лиза зачем? – бессвязно спросил Василий, но ответ и так был ясен.
- Она увидела, что у тебя текла кровь ручьём, - дрогнувшим голосом ответила девушка. – Она выпила успокоительного, а мне сказала, чтобы я не волновалась и приготовила эти цветки. Почему она не просыпается?!
Василий замолк. На вопрос девушки ответа у него не нашлось.
Глава 17. Точка пути
Тело словно обкололи анестезией. Силы пришлось долго восстанавливать. Не верилось, что сновидения, могут так пагубно сказываться на человеке. Хотя, Лиза неоднократно об этом упоминала. Впервые темнота в реальном мире нервировала. Казалось, что вот-вот его выдернут отсюда и перенесут обратно в адское сновидение. Тишина и спокойствие настораживали. Интересно, как Лизе получилось выкинуть их оттуда? И что происходит сейчас там, в сновидении? Получается, она вытащила их, тем самым, забирая на себя всё, к чему друзья пришли, а именно - волна скопившихся проблем.
Василий за какой-то час измотал себя больше, чем «Корпорация» за всё время. Обеспокоенной Вике пришлось врать «в три короба», что она вот-вот вернётся, потому что ничего серьёзного не случилось, хотя почему тогда она решила отправиться им на помощь... интересно, что вообще может знать её сестра? И зачем врать? Правду не скроешь, а перед смертью, как говорится, не надышишься.