- Теперь нет, - не поднимая глаз, ответил Максим.
- Что-то изменилось?
- Не говори ерунды, - сморщился он. – Ты сам прекрасно всё знаешь и чувствуешь.
- Это вот, - Василий повёл рукой вслед девушкам. – Чьих рук дело?
- Василь, я тогда отказался, - недовольно произнёс Максим. – Значит, видимо, моё. Правда, уже не нужное, но, спасибо, что помог.
- А мне ты поможешь?
- Чем?
Василию показалось, что Максим от этого вопроса вздрогнул и ответил резко, словно был готов к нему.
- Спасти Лизу, - ответил Василий.
- Спасти? – переспросил Максим, с грохотом ставя бокал на стол. – Друг мой, ты себя услышь! Спасти! Как мы её спасём? Где мы будем искать?! Да и что мы можем? Разве что устроить очередной переполох, которое ухудшит положение?
- Мы ж ничего не боимся! – Василий произнёс эти слова, словно заклиная друга. – Мы сами опасны и мы почти его уделали.
- Нет, Василь, - обречённо покачал головой Максим, было видно, что отказывал другу с трудом. Он даже чувствовал себя виновным в том, что отказывает лучшему другу, но ничего поделать не мог. – Это ты ничего не боишься, а мне сполна хватило. Я больше не хочу таких проблем. И если бы была возможность, я бы вообще не спал! Мне и от мысли, что придётся спать - противно становится. Нет, друг мой, я больше не хочу рисковать. В конце концов, Лиза нам дала шанс зажить обычной жизнью.
- Дала шанс? А чем ты рискуешь? – заводился Василий. – Собственно достать пытались меня! И грозила расправа мне, а не тебе!
- И на том спасибо! – зло посмотрел в глаза друга Максим. – Конечно, если бы не ты, со своими маниакальными наклонностями, сейчас всего этого не было бы! Если бы ты не убил одного из этих…
- Ты меня обвиняешь в этом?!
- А кого ещё? – Максим привстал, тыча в друга указательным пальцем. - Всё началось с тебя!
- Я его убил, потому что итак уже грозило тем, что они расправу начнут на месте! И они начали! – Василий хлопнул по столу рукой, поднялся на ноги. – А я просто прервал их, не более того! А началось всё с тебя, раз уж на то дело пошло! Если бы не твоя бредовая идея влюбить эту шкуру, которую ты только что отшил, мы бы жили спокойно! Ты сам не знаешь, чего хочешь! Я тебя предупреждал!
- И Андрюха козёл! – пробормотал Максим, усаживаясь на место. – Променял нас на какое-то дерьмо.
- Это всё твоя вера в человечество, - бросил Василий. – Кушай не обляпайся. Тебя предал человек, за которого ты готов был сложить голову, а он и ухом не повёл.
Посетители за соседними столиками притихли. Даже официантка, которая хотела предупредить, чтобы друзья не кричали (всё-таки это общественное заведение), остановилась через пару шагов, так и не решившись подойти. В основном люди старательно делали вид, что ничего не происходит.
- Значит, мне не ждать от тебя помощи, - заключил уже спокойно Василий. – Что ж, молодец Макс. Главное тебе помогли, а остальные как хотят. Ты с ними не считаешься. Вот как ты изменился…
- Кто бы говорил, - огрызнулся Максим.
- Я следовал за тобой, помогал, несмотря на то, что был против, - продолжил Василий. – А получается, что ты…кроме своего воображения о своём мнимом влиянии или статусе тебя ничто не волнует. Ты цепляешься за всё, а потом, на половину пути сбрасываешь. Ты вроде как везде и в тоже время нигде. И это не меня надо обвинять в психическом отклонении, а тебя, потому что, даже не имея всех тех чувств, что есть у тебя, я знаю, как не стоит поступать.
Максим отвернулся к окну. Ливень, что бушевал на улице, обильно заливал асфальт. Сильный ветер, гуляющий по опустевшей площади Победы, волнами гнал падающие с неба капли дождя на здания. Лёгкий удар в стекло - размазанные капли и стихия, потерпев фиаско, снова набирала силу, для следующей атаки.
- Прости, Василь, - нарушил тишину Максим, снимая своё потемневшее, но целое, кольцо с пальца и оставляя его на столе. – Но я больше, ни шагу туда. - И не произнеся больше ни слова, оставил пару купюр на столе, вышел из кафе. Через десяток метров, он растворился в плотной стене не утихающего дождя.
Василий тоже долго засиживаться не стал. Допив остатки в своём бокале, выскочил под холодный ливень. Одежда сразу намокла и он, с бесполезной пробежки, перешёл на прогулочный шаг. А куда спешить, если итак промок? Собирая лужи, направился к дому той, что всегда приходила ему на помощь несмотря ни на что и которую, наверное, полюбил больше всего на свете. Но она теперь не сможет ни поговорить с ним, ни ответить на волнующие его вопросы. Он чувствовал себя брошенным на произвол судьбы щенком.
Да, Лиза тоже оказалась тем человеком, кому Василий мог без сомнений довериться. По крайней мере, ничего плохого за ней он не замечал, наоборот, на её фоне он казался неисправимым плохишом – красавица и чудовище, не иначе. Несмотря на то, что парень был истуканом, в моральном плане, она видела в нём что-то такое незримое.