Тем не менее, изменения, пусть и маленькие, но происходили. Ладонь по отношению к предплечью из прямого угла медленно переходила в «тупой», а рука постепенно выпрямлялась в локте. Со стороны же это выглядело так, будто снаряд срикошетило и вместо того, чтобы влететь в стену, он сменил траекторию и попал в окно. Тут же в здании хлопнуло, что-то обвалилось, дрогнули стены, не иначе, как этаж рухнул.
Сознание переключилось, перенося сущность Василия выше и превращая его из участника в наблюдателя. Взору открылась местность, где словно муравьи, копошилась всякая нечисть, а среди неё, из стороны в сторону метался парень. Наблюдатель чувствовал страх подростка, желание покинуть страшное место. Переведённое внимание создавало ощущение безопасности, однако что-то всё же тревожило. Он не подозревал, что сейчас наблюдает за действиями самого себя, но со стороны и сверху. Позже такое состояние он назовёт «экранным режимом». Это было новым, не изученным чувством.
Василий осмотрел кишащую поляну сверху. Если свободное место где-то и проглядывалось, то обязательно оно взрывалось от попадающих туда снарядов. То, что это сновидение, он давно понял, потому и оказался в данной позиции, как защитная реакция в безвыходном положении, но не мог понять, почему ещё не проснулся и невольно стал воспринимать происходящее за действительность. По каким-то причинам не получалось больше влиять на сюжет, что настораживало и в то же время раздражало.
Военные тоже несли потери. Было дико страшно наблюдать за тем, как люди, столкнулись в рукопашную с ополоумевшими клоунами и другими существами, что так желали горячей крови. Отбиваться получалось с трудом. Каждого бойца окружало минимум по три монстра, что сокращало место даже для замаха кулака. Что-то вспыхнуло. Наблюдатель быстро перевёл внимание обратно к парню, чтобы заметить, как тот резко ушел в сторону от набросившейся анаконды.
Среди нежити, внезапно открылся «зелёный коридор» для парня и почему-то появилось желание, чтобы тот воспользовался шансом, чуя, что это ненадолго. Подросток, будто бы прочтя его мысли, рванул с места со скоростью профессионального бегуна. Но тут резко остановился и посмотрел в сторону маленького палисадника, где заметил серебристые блики, издалека напоминающие кольца. Внимательно рассмотреть предметы не получилось – не хотелось оставлять парня без присмотра.
Перед глазами снова появились странные мысли молодого человека - ему срочно хотелось забрать эти кольца. Василий чувствовал, уверенность его в том, что кольца ему были просто необходимы и что их здесь нельзя оставлять. Но зачем? Зачем он меняет побег на что-то драгоценное? Мысль была заразной, как это бывает с дурными привычками и наблюдатель, поддавшись на мысленные подначки, который похоже заводил себя, тем самым пытаясь прогнать страх, послал ему мысль, чтобы тот их забрал любой ценой.
Монстры почуяли изменения. Как по команде, они отступили от военных и развернулись к человеку. Вскоре, парню приходилось, словно регбисту, пробивать себе дорогу, путём жёстких приёмов, но надолго сил не хватило. Твари настолько его останавливали, что не будь они смертельно опасными, могло бы показаться, что он пробивается вверх, в час-пик, по спускающемуся эскалатору в метро.
Споткнувшись об корень куста, срубленного минутой ранее топором клоуна, он повалился, пропахав вытянутыми руками землю, после чего его просто задавили количеством смрадно воняющих тел. Военные конечно воспользовались отступлением монстров – атаковали в спину.
Внезапно, наблюдатель почувствовал, как кольнуло в спине и поначалу, природа неприятного ощущения была не понятна, ведь он находился в безопасности – на высоте. Второй «прострел» расставил всё на свои места – Василий вдруг оказался под кучей визжащих на ухо тварей. И только потом, до него дошло, что тем парнем, был он сам. Вот почему так ясно чувствовались эмоции, перед взором мелькали мысли молодого человека. И это значит, он послал самого себя на смерть? Идиот!
Проклиная себя последними словами, парень вцепился в морду Цербера не допуская приближения пасти к себе. Мощные лапы трехголовой адской псины, скользили от лужи вязкой крови мёртвых существ. Прежде, чем добраться до человека, Цербер перегрыз половину монстров и сейчас, совсем того не замечая, «буксовал» огромными когтями на окоченелых трупах, превращая их в фарш. Средней голове явно мешались остальные две, а потому отгрызть человеку голову, у пса не получалось, от чего он: злился, разбрызгивал слюной, рычал.
Позабыв обо всем, подросток сосредоточился на главной проблеме. Однако помимо неё, рядом: ползали, орали, толкались и дрались за жертву остальные монстры, которые не забывали о присутствии человеческого деликатеса. Ногу пронзила нестерпимая боль. Василий закричал. В тон ему завыл Цербер, но уже от боли – лишившись органов зрения на средней башке. Руки уставали. Сопротивление напору монстра становилось слабее.