Небольшая дверца в узком коридоре будто ждала его. Тонкие белые пальцы крепко сжали выкрашенную искусственной позолотой ручку. Она легко поддалась под тяжестью руки и дверь тихо отворилась.
Взору беловолосого парня открылась средних размеров комнатка с восемью двухъярусными кроватями. В помещении царил настоящий балаган. Некоторые из ведьм сидели на кроватях и занимались своими обычными делами: чистили и пилили ногти или разглядывали себя с головы до ног. Кто-то яро спорил, у кого-то разговор уже почти дошел до драки, а кто-то во всей это суматохе даже пытался поспать, вдавливая в лицо подушку. Бледнокожего заметили не сразу. Одним своим видом он заставил успокоиться первых спорящих, заметивших его, переступил порог и, дождавшись относительной тишины, обратился к самой тихой из всех, сидевшей на койке около одной из деревянных тумб. При акценте на появление в комнате неожиданного гостя она поднялась на ноги, приветствуя его. Кажется, она только что закончила точить свой кинжал. У каждой уважающей себя ведьме в сапоге должно быть скрыто холодное оружие, на всякий, отчаянный случай.
- Где Арма, Валиста и Эмидия? – ни приветствия, ни обращения по имени, лишь один вопрос ледяным тоном. Брюнетка уже привыкла к этому, но не покидающие воспоминания о нем, как о совершенно другом человеке, отчаянно боролись с только-только пришедшим смирением, вновь причиняя боль.
- Не знаю. Ушли куда-то с полчаса назад, – ведьма проглотила тяжелый ком в горле и пожала плечами. Она даже не трудилась выказывать подобающее его статусу уважение и поклонение, ведь гордость, в той или иной степени проявления, есть у всех. И оба это понимали. Между ними, обыкновенно, воздух будто бы искрился, но в последнее время было какое-то затишье, встречались ледяными взглядами и даже не пытались разыграть обыкновенное лицемерное «ничего не было».
___________
Ноги в черных берцах тихо, совсем неслышно ступали по алым коврам, которыми были устланы нескончаемые коридоры башни. Она будто плыла в ночной мгле. Ни звука, ни души. Башня казалась необитаемой. Огромная тяжелая штора в цвет ковров чуть колыхнулась. Ведьмы насторожились. Одна принюхалась и нахмурила миловидное личико: «Пахнет человеком».
Миг. К ее шее приложили идеально наточенный кинжал. Ведьма от неожиданности задержала дыхание. Остальные зашипели и оголили свои неправдоподобно белые зубы. Фигура в темно-зеленом плаще с глубоким капюшоном даже не посмотрела на них. Ведьмы резко рванулись, но тут же замерли на месте. Рука взмыла вверх. Блеснуло лезвие. Ноздри уловили резкий запах крови. Бессмертная сжала свое горло и с хрипом осела на пол.
Одна из оставшихся двоих, что по виду была моложе, набросилась на убийцу и повалила, обхватывая ее шею тонкими холодными пальцами и прошипев: «Ты, смертная! Что здесь забыла?!» Когти все глубже впивались в светлую идеальную кожу. Девушка уставилась на нее во все глаза, отвлекая внимание. Ведьма вскинула брови и издала непонятные звуки. Вторая подкралась ближе, выуживая из ножен на поясе меч.
Сталь уже была совсем близко, когда брюнетка внезапно простонала и, воспользовавшись заминкой бессмертных, ловко высвободила руку из плена. Кинжал тут же глубоко вошел в грудь той, что прижимала девушку к полу, и остался там. Серебристоволосая ведьма ничего не успела понять и словно кукла свалилась с убийцы. Иссине-черная кровь медленно заливала алый ковер.
Осталась одна. Противницы закружили рядом с трупами. Ведьма делала резкие выпады и шипела, когда девушка уворачивалась от ее атак. Но что-то должно было пойти не так. Она, наконец, смогла совершить обманный рывок. Брюнетка не удержалась и машинально подставила под удар руку. Плотная ткань плаща хрустнула, плечо поразила боль. Бессмертная вновь накинулась на противницу, та покачнулась и упала на пол, совершив кувырок. Капюшон слетел, и ведьма смогла, не так хорошо, но разглядеть лицо нападающей. Ее темные длинные волосы были идеально уложены и чуть распушились на макушке после длительного ношения капюшона и потасовки. Глаза, словно два изумруда блеснули ярой агрессией. В следующий момент их хозяйка выхватила из мастерски скрытых под плащом ножен длинный меч. Он блеснул в тусклом свете луны и глубоко вошел в череп противницы. Раздался хруст, хлынула кровь. Она пахла совсем на так, как у предыдущих двух жертв. Брюнетка насторожилась.
В коридоре устоялась привычная, немного угнетающая, тишина. Убийца выхватила из груди серебристоволосой кинжал, расстегнула плотную ткань костюма и выудила из повязки, сдерживающей грудь, небольшую тряпочку. Она вытерла оружие от синей крови и убрала его в потайной кармашек в рукаве. Меч она сначала обнюхала и, даже сняв перчатку, вытерла немного пальцами. Но нынешняя ситуация, в которой оказалась девушка, не давала много времени на раздумья, поэтому она быстро провела тряпкой по лезвию и убрала меч обратно в ножны. Красную кровь с пальцев она тоже оставила на обрывке ткани, натянув перчатку обратно. Раненое плечо жгло. Оно продолжало обильно кровоточить, но это мало волновало сейчас. Основной задачей теперь было незаметно покинуть замок. Она оттащила тела убитых за шторы, накинула капюшон и медленно двинулась дальше по темному коридору. Чутье вновь уловило какое-то движение. Девушка внимательно прислушалась. Совсем тихо неподалеку раздавались шаги. Белесая фигура шла быстро, из-за чего превратившаяся в тень убийца поначалу даже не смогла различить, кто это. Только в свете луны она рассмотрела очертания парня…