Запахи впереди донесли, что, если продолжу бежать в том же направлении, подниму ещё одно стадо туров. Меньшее, чем то, на которое мы наткнулись, но тоже внушительное.
Отдалились от дороги довольно далеко, а потому я решила рискнуть: замедлила бег, развернулась и стала ждать. К тому времени преследователь у меня остался только один: второй аллар затерялся где-то в лесу, его даже не чуяла. Белоголовый остановил азара, спешился метрах в трёх от меня – для демонической собаки расстояние одного прыжка. Протянул ко мне подрагивающую от волнения руку, но приблизиться не рискнул.
– Я слышу тебя,– повторил он. Его белёсые глаза заблестели, радужка в одно мгновение перестала быть белой, наливаясь кроваво-алым цветом.
– Ты можешь слышать, о чём я думаю? – медленно выговорила, пытаясь обуздать злость, от которой – даже мысленно – хотелось рычать. От ярости меня не брало даже удивление, которое должно было быть вызвано его заявлением. О радости, которая теоретически должна была появиться, я вообще молчу.
На самом деле эта остановка была на руку мне и в чисто физическом плане: всё-таки только что был бой. Бежать сразу и много я не могла.
– Да! – парень улыбался так, как будто выиграл в лотерею.– Я слышу! Ты мыслишь! Я могу слышать демоническую собаку! Как ты обрела разум? Кто научил тебя этому?
Молчала, выравнивая дыхание. Насколько поняла, все мои мысли он читать не мог. А вот каким-то образом слышать то, что я пыталась мысленно говорить, когда открывала свой собачий рот – это было в его возможностях. Так вот что значит быть оракулом! И мне совершенно не нравился его интерес. Почему-то казалось, что ничего хорошего от его радостного открытия не будет.
– Пойдём со мной. Я смогу уговорить Алерона: никто тебя не тронет, ты поедешь с нами. И никто из демонов тоже к тебе даже не прикоснется. Ты же смогла как-то порвать привязку к этому красномордому, правда? Я видел, ты без приказа уходила к реке, а Алерон сказал, что ты меняла ипостась, хотя остальные собаки красномордого оставались в первой! – Красные глаза прямо горели энтузиазмом.
Только вот с моей точки зрения этот аллар выглядел как психически нестабильный. Я лишь на мгновение представила, как выхожу сейчас из леса вслед за этим парнем, снова вижу каменные лица Даарена и Трига… Мой рык разнёсся на несколько десятков метров, закономерно вспугивая ближайшее стадо туров. Почувствовав дрожание земли от их топота, я что есть сил рванула дальше в лес, оставляя оракула один на один со стадом. Как-то же он умудрился не помереть в том сражении – значит, и здесь справится. А если и не справится, то совесть меня будет мучить недолго. Убегая, я мельком учуяла отголоски запахов демонов из нашего отряда: значит, Даарен всё-таки послал за мной и своих воинов. Я удвоила скорость, на свой страх и риск переходя во вторую ипостась: сейчас главным было сбежать, а с последствиями своих решений разберусь как-нибудь потом.
Деревья замелькали перед глазами. Только благодаря нескольким парам зрительных органов я умудрялась замечать препятствия и вовремя уворачиваться от них. Не знаю, как долго так неслась во второй ипостаси. Уже давно перестала чуять запахи демонов или хотя бы туров. Остались лишь незнакомые до этого запахи леса, но обида и злость сжигали изнутри, заставляя бежать всё дальше. Внутри мне было… плохо. Так называемой «душевной» боли не было, не до того было. А вот телесной – хоть отбавляй! Дошла до точки, когда поняла, что, облизываясь, собираю с пасти кровавую пену. Лапы подогнулись, я рухнула на траву.
Сил больше не было, лёгкие горели огнём, всё тело отяжелело настолько, что не могла пошевелиться. Даже глаза закрыла, чтобы не моргать. Кажется, ещё и сознание несколько раз теряла – сложно точно сказать. Изредка приходила в себя, но от боли и жара чувствовала себя как в бреду. Обожжённая кожа воспалилась, меня трясло. Кажется, в таком состоянии я провалялась целые сутки. Адски хотелось просто сдохнуть.
Когда кое-как смогла открыть глаза и осмотреться, меня снова окружали сумерки. Я попыталась встать, но лишь разбередила раны и провалилась в пустоту. В очередной раз прийти в себя удалось только ночью. Хотелось выть на выглянувшую луну. От всего: от страха, от боли, от отчаянья, даже от голода. Мыслить хоть сколько-нибудь связно не получалось.
Глава 8. Лесные путники
Очнувшись следующим вечером, поняла, что вновь могу нормально думать. И первой мыслью было: где бы взять воды? Меня как будто выжали, ощущения в организме ходили именно такие: всё перекручено, и ни капли влаги. На душе было как-то… пусто, что ли. После злости во мне как будто приутихли вообще какие-либо эмоции. Кто я теперь? Демоническая собака без демона? Я и раньше-то в этом мире не особо кому была нужна как человек, но хотя бы как собака находила себе применение. А теперь не осталось и этого. Меня предали, выбросили, как что-то ненужное. И куда теперь податься? Я всё ещё ничего толком не знала об этом мире. Пойти к людям? Так они боятся демонических собак. К алларам? Уже видела их реакцию на собак – не понравилось. Тем более не наткнуться бы ещё на одного оракула – вообще лоботомию сделают. К демонам возвращаться я не собиралась: всё, хватит, насмотрелась на них. Дважды наступать на одни и те же грабли не намерена, хотя бы в этом мире, ради исключения.