Я внимательно следила за тем, как эмоции проявляются на смуглом лице и вдруг поняла одну простую вещь:
— Ты не собирался завершать ритуал, — проговорила с полной уверенностью, откидываясь на спинку стула.
Хэлмираш помедлил несколько секунд, но кивнул.
— У меня не было в планах когда-либо еще заводить семью, — честно ответил мужчина.
О причинах можно было и не спрашивать. Сглотнула, не понимая, как теперь реагировать.
— Хочешь сказать, я тебя сейчас заставила?
Хэлмираш вдруг усмехнулся, поднял на меня глаза, посмотрел прямо:
— Таши, ты уже как-то давала мне характеристику, что делать то, чего не хотел бы сам, я не буду. Делай выводы.
Сделала, хмыкнула, чувствуя, как внутри отпускает появившееся было снова напряжение.
— А тренировал ты меня достаточно жестко, и не подумаешь, что это было проявление заботы, — задумчиво проговорила, водя пальцем по краю стакана.
— Не хотел, чтобы ты была беспомощной.
И что-то такое прозвучало в его голосе, что перед глазами непроизвольно промелькнула картинка залитого черной кровью дома. Мотнула головой, собрала тарелки со стола, встала мыть. Страж все это время молча сидел у меня за спиной, как будто ждал. Меня тоже охватило какое-то волнительное ожидание. К лестнице на второй этаж мы вышли вместе. Вдруг Хэлмираш сделал ко мне шаг, подхватил на руки.
— Вещи разбирать не будешь? — сощурившись, кивнула на так и стоящие чемоданы.
— Еще успеется, — хмыкнул страж. — У нас принято свою женщину через порог дома переносить на руках.
Я с удовольствием обхватила шею Хэлмираша.
— Пусть это и не порог, да и дом не мой, но традицию надо уважить, — проговорил мужчина, поднимаясь по лестнице.
Меня разбудил свет от упрямого лучика солнца, пробившегося сквозь неплотно задернутые шторы. Я хотела укрыться от него под одеялом, дернула то на себя, но оно не сдвинулось, прижатое чем-то тяжелым. Точнее, кем-то. Развернулась, придерживая одеяло на груди, почувствовала, как все внутри просто плавится от тепла. Видимо, так я воспринимала счастье. А ведь это именно оно и было: солнечным утром смотреть на черную торчащую из-под одеяла любимую макушку на соседней подушке. Так и хотелось протянуть руку и погладить, пристроиться под теплый бок, но побоялась разбудить. Поэтому очень аккуратно поднялась с кровати, собрала раскиданные вещи и на цыпочках вышла из комнаты. Пусть поспит, у него и так вечно полно работы. А сама одевалась уже в коридоре, стараясь не шуметь на лестнице, спустилась. Продуктов в холодильнике осталось всего ничего, но завтрак из них сообразить умудрилась. Заваривала чай, увлекшись процессом, когда вдруг на талию легли смуглые руки.
— Айн! Не пугай так! — вздрогнула, чуть не расплескав горячую воду.
— Прости, — хмыкнули мне в шею.
Развернулась, чмокнула стража в нос:
— Иди садись. Завтрак готов.
Тот послушно занял свое место. С утра Хэлмираш был в одних домашних штанах, и я внимательно оглядела его торс: сейчас, в солнечном свете, можно было рассмотреть, насколько же его потрепала жизнь. Светлые пятна, полосы и точки белели на смуглой коже. Кажется, даже следы когтей были. Хотя, если сражаться с демонами во второй ипостаси, то неудивительно.
— Ну ты прям поперечно-полосатый весь.
Страж с недоумением оглядел себя, пожал плечами.
— Как-то не обращал внимания.
После завтрака разбежались каждый по своим делам: Хэлмирашу надо было заниматься какими-то расчетами учебного процесса и договором с имперской гвардией, а я торопилась в кабинет артефакторики. Мы с Эскелем водворяли в жизнь одну его задумку по амулетам. У меня очень хорошо получалось работать с мелкими камнями, видимо, сказывалась старая жизнь и любовь к бисероплетению. Эскель запихивал в кристаллы различные маленькие и простенькие заклинания, мы комбинировали их в амулетах, следя, как они будут влиять друг на друга. Что-то перекрывалось, что-то не работало, что-то наоборот — приобретало новые свойства. Результат этой кропотливой работы Гарахи хотел потом через меня показать Варлесу.
Пока работала над очередным амулетом, пытаясь там пристроить мелкие аметисты, Эскель внимательно наблюдал за мной из-за стола, за которым работал с чертежами.
— У меня что, еще один рог вырос? — не выдержала я этого пристального взгляда и в раздражении подняла голову.
— Да нет, — задумчиво протянул Гарахи и вдруг фирменно улыбнулся. Ласково так, нежно, только я-то знала, что от такой улыбки надо ховаться за первым же камнем и не дышать. Потому что самые грандиозные подставы лорд делал именно с такой улыбкой.
— И чего мы тут тогда сверкаем? — буркнула, ощущая, что щеки начинают гореть сами по себе. — Эскель, пламя Хараша, отвернись уже куда-нибудь, а? Отвлекаешь!
— А ты говорила, что не найдется такого извращенца, — проговорил вдруг Гарахи.
— На мне что, крупными буквами это написано? — вздохнула. Понятия не имею, как он понял. Чертовы оракулы!
— Глаза выдают, — хмыкнул он, поднимаясь из-за стола. — И кто же он?
— А ты по глазам угадай! — посмотрела на мужчину с вызовом.
— Спасибо, я наслышан, чего стоит окунание в твою голову, — хохотнул Эскель, присаживаясь на край моего стола. — Так кого же ты все-таки захомутала?
— Эскель, — я добавила в голос рычания. — Или заткнешься, или сам тут сейчас в своих камнях ковыряться будешь!
Гарахи рассмеялся.
— Да ты не представляешь, как же меня разъедает любопытство все то время, что ты тут носишься! — выговорил он вдруг. — Я пытался увидеть что-то еще о твоем будущем, но все бесполезно. Мой дар так не работает.
Я сглотнула, вспоминая его прошлое пророчество. Да уж, изначально вообще смешно было об этом думать. Сейчас скорее страшновато. Еще и глаза у Эскеля чуть-чуть светиться начинают, когда он об этом говорит. Жуть. Да и не факт, что мы с Хэлмирашем настолько уживемся…
— Слушай, я еще обучение не закончила, на работу не устроилась, какие дети? Так что отстань, будь добр, и вложи уже вот сюда какое-нибудь заклинание, иначе на кой ляд я тут вожусь⁈
— Уговорила, буду терпеть, — усмехнулся маг, беря в руки мою заготовку.
В основном в моей жизни ничего особенно не поменялось, разве что по вечерам стала с гораздо большей охотой стремиться домой. Я почему-то очень быстро привыкла к тому, что теперь живу не одна. И к тому, что теперь на стене в спальне вбита куча металлических держателей, на которых расположено разнообразное оружие. На отдельном месте над кроватью со стороны Хэлмираша был прибит особый держатель, на котором покоится второй боевой нож стража с синим камнем на рукояти. Он составлял пару тому, с красным камнем, который мужчина всегда носил при себе.
Хэлмираш настроил свои портальные амулеты, чтобы перемещаться сразу же внутрь дома, я даже очертила ему специальный круг в углу холла. Правда, от главы Дориарха факт смены места жительства стража не скрылся, потому что при очередной почтовой рассылке он в самом конце рабочего дня выдал мне все свитки с желтой лентой и сказал нести их к себе. Смущенно кашлянула, но только поблагодарила, да поспешила домой, где ворохом высыпала свитки на журнальный столик перед сидящим на диване Хэлмирашем. Тот только тихо выругался, отложил читаемую до этого бумагу и принялся за новую порцию.
— Чем-то могу помочь? — спросила, смотря на загруженного стража.
Мужчина поднял на меня усталый взгляд:
— Чаю сделаешь?
Я тут же быстро утопала на кухню, развела утреннюю заварку и вернулась уже с большой дымящейся кружкой, поставила на стол.
— Спасибо.
Хэлмираш продолжил работать с бумагами, а я забралась на диван с ногами, прихватила учебник по травничеству на следующий семестр и оперлась спиной на стража. Почувствовала, как моего плеча коснулись сухие губы, улыбнулась, не поворачиваясь. На колени бы ему голову положила, но рогами ведь документы попорчу, так что не рисковала.
Первая неделя каникул пролетела быстро. А вот на второй меня ждал сюрприз: Даарен наконец разрешил мне приехать на отдых в Цитадель. Они разобрались с молодняком и готовы были уделить мне немного внимания. Заодно Триг договорился с Поребом, чтобы тот дал мне несколько уроков, да подсказал, на что обращать внимание при обучении. Так что собиралась я с предвкушением. Одно омрачало радужную картинку: уезжать от Хэлмираша совсем не хотелось. Вот они, минусы семейного положения — просто так сорваться куда-то не так-то легко. Нет, никаких возражений со стороны Хэлмираша не было, но мне самой не хотелось никуда надолго отлучаться, уже через некоторое время начинало неимоверно тянуть обратно. Со мной страж поехать не мог, да и не хотел. Я его вообще не видела в день отъезда, он даже с утра ушел до того, как проснулась. Поэтому собирала сумку с тяжелым сердцем. Однако почти перед самым выходом Хэлмираш появился в своем привычном месте в холле, шагнул ко мне.