— Хэл сказал, что так фонить меньше будет.
— Да, тут он прав.
— А при чем тут твой нос? — со смешком спросила у теребящего несчастный орган мага.
— Реакция у меня такая на «зеркала»,— заметив мой недоумевающий взгляд, пояснил: — На отражающие заклинания. А они в состав этой защиты входят. И как Хэлмираш протащит такое во дворец?
— А он эту защиту по частям регистрировал. Сказал, что вышестоящие проверить не должны, а остальные не поймут.
— Будем надеяться, что так и будет,— со вздохом взъерошил волосы мужчина.— А на Ани я ничего надеть не могу, у неё полномочий стража нет.
— Да не волнуйся ты так,— приблизилась, положила руку на плечо мага, заглянула в глаза.— Хэл считает, что ей там мало что угрожает — императору всё-таки очень нужна её подпись. То, что ей не дали права на личного телохранителя, ещё не значит, что и корона о ней не позаботится.
— Ты серьезно считаешь, что я там хоть кому-то доверяю? — снисходительно посмотрел на меня Хакет.
— Ну мне с Хэлом же доверяешь?
— Вам — да. И только поэтому перестал разрабатывать план, как бы спрятать Ани так, чтобы даже император её не нашёл.
— В государственные изменники захотел? — покачала головой.
Маг отмахнулся. В этот момент дверь кабинета приоткрылась, и в проеме появился тот же мужчина, что встречал меня при входе в дом.
— Милорд, леди сообщила о своей готовности.
— Да, Янис, спасибо,— кивнул Хакет.
— Как все официально,— качнула головой, когда дверь за слугой закрылась.
— Да я Яниса ещё с подросткового возраста помню, он всю жизнь так общается. Ладно, пошли, раз Ани готова. Опаздывать — не вариант. Тем более для неё.
Мы с магом вышли из кабинета, подошли к лестнице. И мне снова показалось, что попала в старый фильм, только на этот раз в мелодраму. Потому что под мерный стук каблучков к нам спускался золотокудрый ангел. В этом месте в фильме обычно замирало время, чтобы дать зрителям насладиться картинкой. Для меня часы тикали все так же, но взгляд к золотой невольно прикипел: её воздушное светлое платье с золотым отливом, казалось бы, состояло из множества легких полупрозрачных лоскутков, которые взлетали вверх от каждого движения алларийки. Открытые плечи покрывали распущенные волнистые золотые волосы, на голове сверкала острыми гранями алмазов диадема. Я очень давно не видела Ани, но мне казалось, что лицо ее практически не изменилось с нашей первой встречи. И всё-таки неуловимо ощущалось, что она повзрослела, стала строже.
Моргнула, отводя наконец восхищенный взгляд от золотой, и тут же увидела усмешку в глазах Хакета, смотрящего на меня.
— Мне всегда нравилось наблюдать, какое впечатление производит Ани на всех остальных,— хмыкнул маг.
— Ты ещё пригласительные раздавай на зрелище,— невольно скривилась.
— Здравствуй, Ноат,— Ани наконец спустилась к нам.
Я поприветствовала золотую, мы втроем прошли в гостиную, где исполнительный Янис уже позаботился о чае и печенье. Секунду подумав, тут же уселась на диванчик с чашкой в руке — всю вторую половину дня мне нельзя будет ничего употреблять, так что имело смысл напитаться сверх того, что уже покоилось в желудке. Ибо в уборную-то отлучиться никто не запрещал. Логика такого списка разрешенных и запрещенных для стражей действий от меня пока что ускользала.
Хакет же принялся наставлять жену. Судя по скучающему выражению её лица, делал он это уже раз так десятый.
— От Ноат никуда не отходи!
Несмотря на недовольство на лице, Ани кивала на каждое слово мага и ни разу не высказала чего-то против. Это меня радовало — раз золотая не склонна к авантюрам, то и присматривать за ней будет гораздо спокойнее. Мысленно сравнила себя и ее, после чего остро пожалела Хэлмираша — вот же досталось ему чудо в моем лице. Где чудо — это сокращение от чудища, вестимо.
Отвлекшись на свои мысли, не заметила, как Хакет вышел из гостиной, только проследила глазами, как Ани берёт чашку с подноса и садится рядом со мной. Сощурившись, глянула на её руки — пальцы мелко подрагивали.
— Не бойся, Хэлмираш не считает, что тебе будет что-то угрожать на этом приёме. Империи невыгоден подобный скандал,— успокаивающе проговорила.
Но вопреки ожиданиям в ответ услышала:
— Я не боюсь. Я верю, что ты и Хэлмираш защитите меня,— Ани обратила на меня свой золотой взор.
И в нём я действительно не увидела и тени страха. Наоборот… золотые глаза сверкали злостью.
— Тогда что с тобой…
— Там будут те, кто устроил переворот. Они убили моего отца и брата. Благодаря этой жертве мама и младшие успели сбежать. Но ради чего все это было? Трон они получили, но страну удержать не смогли. Непрекращающиеся споры, провокации, сражения…— тонкие пальцы до побеления сжали изящную чашку.— И те, кто виновны во всем этом будут сегодня во дворце. Как мне на них смотреть?