— Перенеси нас,— приказал Маалар.— Но по сторонам не смотри. Как только выйдем из портала — глаза закрой.
Кивнула, даже не пытаясь что-то уточнить. Сосредоточилась на построении. На этот раз магия отозвалась не сразу, черная дыра вспыхивала, но тут же исчезала.
— В чем дело? — хмуро спросил Правитель.
— Я устала! — дернулась, желая чем-нибудь демона стукнуть.— Не у одного тебя выдался тяжелый день!
Но мне всё-таки удалось стабилизировать портал, и мы оба шагнули в него. Только вот закрывать глаза на выходе мне не потребовалось: в них и так все потемнело, я поняла, что падаю. Но встреча с землей не состоялась, меня подхватили крепкие горячие руки.
— Погоди отдыхать, нам ещё один скачок нужен.
Ничего не ответила, только вяло качнула головой.
— Папа? — раздался вдруг удивлённый женский голос.
Меня довольно жестко уложили на землю, на глаза дополнительно упала какая-то ткань.
— Да, дорогая, это я.
— Ого, кто это тебя так разозлил, что аж пальцы дрожат?
— Остались ещё некоторые полоумные. Их станет меньше, не волнуйся. Просто помоги мне, и я пойду разбираться.
Не знаю, что происходило дальше, посторонних звуков не было. Но буквально через пару минут меня снова подняли на руки.
— Возвращай нас обратно.
— Воды можешь дать? — сипло спросила, не открывая глаз.
— Пап, а кто это? — оказывается, дочь Маалара все ещё была тут.— Учти, если ответишь, что никто, обижусь.
Я хмыкнула.
— Принеси ей воды,— вместо ответа сказал демон.
От источника живительной влаги мы находились где-то недалеко, потому что уже через несколько секунд мне в губы ткнулась холодная кружка. С наслаждением её опустошила. Никогда ещё не пила такой вкусной воды.
— Это жена Хэлмираша арантила Хараша и сестра Даарена Инсабах Наура.
— Какие гости, однако. Ладно, папа, с тебя история, как всегда.
— Как всегда,— отозвался Маалар.
А я наконец смогла сосредоточиться и из последних сил открыть портал обратно на поле боя.
Только вот боя никакого не было. Моим прояснившимся глазам предстала интересная картина: алларское войско отсутствовало, зато выжившие демоны в первой ипостаси стояли на коленях перед перешедшим во вторую Советником. Рядом с нашей точкой выхода находились шаманы, Энсаадар тут же приблизился к нам с Мааларом, перенял меня с рук на руки у Правителя. Ротар же подошел к самому Маалару, окинул его внимательным взглядом.
— Если бы не было гасителя, я бы не допустил тебя до цвета ещё лет пятьдесят,— выговорил он недовольно.— Проси прощения у тени и Хараша за ту гору пепла, которой стала большая часть твоей сотни.
Маалар не дослушал до конца, устремился к своим воинам ещё на середине фразы. Подошёл, хлопнул Даамара по плечу, тот склонил голову и вернулся к шаманам. Но как только дымка вернулась в тело Советника, он сложился пополам, его вырвало. Вытерев губы, Даамар рухнул на траву, тяжело дыша.
— Что с ним? — тихо спросила у невозмутимого Энсаадара.
— Сдерживать личных воинов Правителя очень сложно. А заставить их остановиться во время боя за Правителя — ещё сложнее. Но Даамар справился — это главное. Ты очень помогла нам, Таши.
— Что вообще тут случилось с Правителем? И как вы об этом узнали?
— Ротар,— Энсаадар кивнул на пожилого демона.— Он — шаман Центральной Цитадели и может чувствовать состояние Правителя. Переход во вторую ипостась — это очень мощный всплеск тени. Но любой переход к Правителю будет заблокирован, тени слишком много, большие помехи. Кроме твоего. Поэтому Ротар обратился ко мне, а вдвоем мы смогли призвать тебя.
— А почему Маалар вообще перешел во вторую ипостась? Почему-то мне кажется, что ему не настолько сильно угрожал отряд алларов, которые и драться-то вряд ли хотели.
— Не угрожал. Но личная сотня Правителя — это особенные демоны. С особенной тенью. Они не приемлют даже намека на угрозу. Их тень при защите Правителя имеет слишком большое влияние, а Маалар ещё ни разу не сталкивался с таким проявлением цвета. И не смог справиться сам. У всего есть свои последствия. У отсутствия многолетней подготовки перед принятием высшего цвета — тоже. И ему придется заплатить эту цену.
— Многие погибли? — спросила тихо.
— Многие. Ярость ослепляет.
Помолчали, смотря, как Маалар в первой ипостаси разговаривает со своими личными воинами, продолжающими стоять на коленях.
— А что такое гаситель? — рискнула задать вопрос. Вдруг ответят.
— Самое светлое, что может быть у демона,— как ни странно, Энсаадар решил просветить меня в этом вопросе. Даже улыбнулся, пусть и скупо.— Иногда, если демонесса беремена во время проведения ритуала по объединению цвета, ребенку в утробе дается способность гасить тень отца. В каком бы состоянии демон ни был, гаситель всегда сможет его успокоить. Соответственно, у отца с таким ребенком выстраиваются особые отношения. Про них говорят «потерял тень».